Заговор драконов

Затем они приходят в движение и через двадцать восемь тиков по спиральной траектории из четырех витков падают вниз. Самое поразительное, что когда все магниты и алмазы оказываются на ровной поверхности, они, чередуясь друг с другом, образуют две буквы известного тебе алфавита – альфа и омега.

– Если бы я не наблюдал подобные опыты своими глазами, я бы не поверил.

– Я бы тоже. Но я участвовал в эксперименте четыре раза. Результат всегда один и тот же.

– Как я понял, в этом эксперименте проявляются метапространственные структурные характеристики Ада?

– Полагаю, да, поскольку интерпретация некоторых космологических мифов, благодаря этому эксперименту, стала куда более убедительной.

Например…

– Не желаете поразвлечься, мальчики?

К нам подсели две сестренки-упырицы.

– Хочешь? – спросил Глосин. – Сегодня я угощаю.

Я нерешительно кивнул головой. Мне нужна была самка после Исцеляющей Ночи, но я никогда не вступал в связь с упырицами. На нижних ступенях мы охотились на них и использовали их кожу для переплетов книг.

Но существа, враждебные внизу, зачастую оказывались союзниками и даже духовными братьями на верхних ступенях. Огромные острые уши Глосина слегка дрожали, когда он смотрел на розово-серую кожу упыриц. Должен признаться, их формы возбуждали и меня.

Упырицы повели нас наверх. Их нежные пальцы, чуть прохладные и приятно— влажные, щекотали кожу, когда они снимали наши одежды. Их щеки не выглядели отвратительно свисающими вниз.

Скорее это было похоже на странные украшения лица типа кожаных сережек. Их поцелуи были крепки и головокружительны. От их волос распространялся дивный аромат, а бусы и браслеты, в изобилии висевшие на теле, звенели подобно грустной и странной мелодии, когда мы занимались любовью.

Потом Глосин расплатился с ними двумя стаканами своей крови, объяснив, что гомулусы должны регулярно обновлять свою кровь, чтобы не болеть.

– Так что это для меня ничего не стоит, а для них моя кровь – жизнь.

Я видел, как жадно блестели глаза упыриц, когда кровь наполняла большой стеклянный сосуд. И когда они, взяв в руки высокие стаканы, добавили в них лед и стали пить кровь через белые широкие соломинки, мне стало противно. Мы вышли на воздух, где в сгустившихся сумерках маячило сияние неба.

IV

Мы с Глосином оказались соседями не только по квартире. Наши кабинеты располагались напротив друг друга – дверь в дверь.