Костяной Скульптор. Том 3

Весь мир в одно мгновение потерял краски, превратившись в мешанину сигналов. Цвета просто вытеснило из восприятия куда бо́льшим объёмом информации.

Потоки ветра, движения смещаемого магией Илланиона воздуха, мечущиеся вокруг обломки — всё это создавало колебания, которые неостановимым потоком вливались мне в уши. Было бы неплохо подключить ещё и осязание, но кожа, как и тактильные рецепторы в принципе, у меня уже отсутствовали, а мышцы слишком обуглились, чтобы что-то чувствовать.

Шаг, другой, третий. Я на ходу учился видеть окружающий мир совершенно иным образом, невозможным для обычного человека.

Через десяток секунд я уже достаточно освоился, чтобы снова начать атаку. Очень вовремя, потому что Илланион с Брутом двинулись ко мне, и искажения также начали сдвигаться. Похоже, капитан Мелодии был их эпицентром.

Я бросился им навстречу, и танец начался заново, окончательно превратившись в безумную пляску со смертью. Я двигался сквозь искажения, вращающиеся, смещающиеся, перетекающие одно в другое.

Атака, ещё одна, ещё… к сожалению, мне удавалось лишь удерживать их на месте, но никак не наносить ощутимый урон.

Вот только я сражался не один. Илона, стрелы которой, похоже, также были подвержены влиянию этой магии, похоже, решила пустить в ход тяжёлую артиллерию. И как я недавно выяснил причину появления названия Мелодии, мне стало ясно происхождение имени Чёрной Зари.

Вспышку чернильного сияния где-то вдалеке я заметил лишь краем глаза, однако по мере её приближения чёрный свет, поглощающий любые краски и обращающий освещаемый вспышками заклинаний мир в ночь, расцветал всё ярче, словно восходящее солнце.

Солнце цвета тьмы.

Не знаю, что это было, стрела или что-то иное, но мощь этой атаки превосходила всё, что я видел когда-либо раньше. Мечущиеся вокруг камешки, уже превратившиеся в самый настоящий песок, просто испарились, оказавшись на пути.

Искажения, созданные магией, сейчас больше похожие на шутку, попытались свернуть атаку с траектории, увести в сторону, но это было всё равно что муравью толкать с дороги слона.

Илланион, голос которого отдался у меня в голове настоящим взрывом, ударил навстречу чёрному солнцу той же огромной ударной волной, которую я недавно пережил, только раз в пять мощнее.

Однако даже этого оказалось недостаточно.