Клан Ито. Возрождение

Но не успела девушка дёрнуться, как два амбала, всё это время молча стоявшие позади, схватили нас и сжали так, что невозможно было и пальцем пошевелить.

— Не так быстро, Ай-сан, — на лице алхимика мелькнула злорадная ухмылка. — Мы ещё не закончили.

Глава 6

— Вы что творите?! — вырвался у меня гневный крик. — Мы ведь договорились!

— Да, — согласился Пошон. — Но на каких условиях?

Он замолчал, ожидая ответа, но я бился в руках двух здоровяков, не собираясь вести светскую беседу. На счету каждая секунда, а этот хмырь решил над нами пошутить?

— Молчишь? Ну хорошо, — вздохнул тот и подошёл чуть ближе, но остался на расстоянии вытянутой ноги.

Он видел, как я ожесточённо ими размахивал.

— Мы договорились, что туда пойдёшь ТЫ, — алхимик сделал на этом акцент. — Ай-сан останется с нами.

— Да пошёл ты! — выкрикнул от злости я. Гнев прямо-таки распирал изнутри, и если бы имел физическую форму, то меня бы разорвало, словно плюшевую игрушку.

— Грубить необязательно, Тсукико, — казалось, что его совершенно не обидели мои слова.

— Я знаю две причины, по которым считаю, что девочка должна остаться здесь. Уверен, ты меня прекрасно понимаешь.

— Нисколько! — продолжал упрямиться я.

Алхимик вновь вздохнул и вернулся на стул.

— Ну, во-первых, Ай-сан будет тебе мешать. Давай судить здраво. Отправляясь в логово опасного колдуна-оборотня, нужно быть готовым отразить атаку в любую секунду. Но давай представим, что твоя сестра тебе помогает, однако Торо взял её в плен. Что ты сделаешь? Выполнишь его требования или бросишься в бой?

Дёрнувшись ещё пару раз, я успокоился.

Доводы вполне весомые, и я сам об этом думал, когда увидел Ай, скачущую к мосту.

— Вижу, понимаешь, к чему я клоню, — улыбнулся хозяин дома.

— А вторая причина? — нахмурился я, понимая, что не всё так просто.

— Во-вторых, за смерть положена смерть, — хмыкнул тот, словно сказал что-то совсем простое. — Ты убил моего сына.

— Не вижу, как ты горюешь, — снова огрызнулся я в ответ.

Вот, оказывается, где собака зарыта. Хочет оставить Ай и, таким образом, отомстить Дому Ито.

— И не увидишь, если будешь дерзить, мальчишка.

Теперь его голос сквозил ненавистью. В нём чувствовались боль и злость. Но алхимик ни за что не откроет душу посторонним. Он будет сдерживаться до последнего. И, в конце концов, погубит сам себя. Обида, гнев, печаль, все эти чувства, словно перегной, разрушают душу изнутри, если хоть иногда их не выплёскивать наружу.

— Но сейчас ты не уловил суть, — уже спокойно продолжил Пошон.