Лунный князь. Беглец

- А смысл? - растерялся я.

- Никакого. Почти. Меня обычно использовали для подготовки святилищ к таинствам, чтобы в построении не было отклонений ни на волос. Геометров чаще всего создают для нужд строительства и архитектуры. Ну, и в бою.

- А какой толк от тебя в бою? Ты не любишь возню с мечом, я заметил.

- А зачем мне? У меня мирная сущность. Но представь, если твой меч вдруг превратится в пентакль, много ли ты им повоюешь? А сильный геометр может изменить живое тело врага в момент атаки. Я не так силен. Но и внутри любого тела, даже живого, есть формы.

От их целостности зависит жизнеспособность организма. Будет ли работать пятиугольное сердце?

Изуверство какое, - передернуло меня. И в который раз убедился: безобидных дарэйли не бывает. И светлые подчас куда опаснее темных.

Тион опустил ресницы и тихо улыбнулся. Он всегда был слишком тих и скромен. Так с чего бы вдруг такая воинственность – штурм обители?

Я сразу решил даже не заикаться об этой идее Ринхорту. Он не дурак и, если бы захватить логово Гончаров было проще пареной агвы, то он бы сам подкатил ко мне с таким заманчивым предложением.

Глава 15

На правое плечо легла маленькая, но твердая ладошка. Точно все сговорились! От Луаны такой покровительственный жест почему-то особенно обиден.

- Тебе помочь? – девушка присела рядом, откинула косу за плечо, и в ее руках появился изящный ножик. - Правда, Ринхорт запретил, но он пока не видит.

- Не надо! – буркнул я, зло воткнув кинжал в землю.

- Ты сегодня совсем плохо выглядишь, Райтэ, - вздохнула она.

– И с каждым днем все хуже. Суккубы, попробовав жертву, уже не оставят ее в покое, пока не высосут все силы.

- Справлюсь сам! – я скидал изуродованные чисткой клубни в котелок и, отвернувшись от участливых глаз, потащился к реке. 

Железная леди ничуть не смутилась, догнала и повернула к себе за плечо.

- Райтэ, я тебе совсем не нравлюсь?

Я словно влетел в стену лбом: таким неожиданным был вопрос.

- Нравишься.

- А можно я тебя поцелую? – невинно хлопнули ресницы.

Дыхание перехватило: издевается! А сам - словно впервые увидел ее: серебристо-серые глаза и такие же струящиеся волосы, алые губы, бархатистая кожа… ниже ключиц я старался не смотреть, но там, в вырезе шелковой с металлическим блеском рубашки, тоже все маняще привлекательно.

- Нельзя! – голос у меня, конечно, охрип.

- Почему ты отказываешься от помощи, Райтэ? Я могла бы…

- Это тебе Ринхорт посоветовал? Клин клином? – дернув плечом, я высвободился и зашагал к реке.