Лунный князь. Беглец

Но если у вас был союз, а не рабство, то почему ты оцепенела, как от связующего заклятия?

Мариэт пожала плечиком.

- Откуда мне знать? Я была совсем ребенком. Может быть, это фундаментальное условие для дарэйли в Подлунном мире.

- Вряд ли. Тогда принц не сбежал бы.

Она поморщилась.

- Не напоминай мне об этом чудовище! Так вот. Я стояла на вершине горы века, и племя людей мне молилось, приносило человеческие жертвы. Мне, дарэйли жизни! Здорово, да?

Ллуф содрогнулся, представив, каково это — тысячелетия, год за годом, день за днем — стоять неподвижной, жить, размышлять.

- Я бы рехнулся.

- Мне тоже казалось, что я безумна или давно мертва, а происходящее — наказание божье моей душе. Если бы у меня была другая сущность, я бы точно обезумела. Но во мне хотело жить все: и тело, и душа, и разум. Потом с племенем что-то случилось, и меня нашло другое племя, они тоже молились, но уже без жертв. Они почему-то сочли меня богиней красоты. 

- Вот это совсем меня не удивляет. Ты божественно прекрасна.

- Да ну тебя! - отмахнулась польщенная Мариэт. - Когда их завоевали соседи, меня сбросили со скалы. Но я не разбилась, и меня закопали. Вот тогда я поняла, что предыдущие две тысячи лет были не самыми плохими в моей жизни. 

- И ты сохранила разум даже в могиле! - он восхищенно коснулся ее лба.

- Сьент в этом часто сомневается, - лукаво улыбнулась она, но печальная складка на лбу не разгладилась. - Я нашла себе дело: училась помогать жизни даже в земле, тренировала сознание, придумывала задачи, думала — только не смейся! - о смысле моей странной жизни и вспоминала все услышанные когда-либо молитвы.

 

- Ты молилась сама себе? Я начинаю понимать Сьента, - поддел юноша.

Загрустившая было Мариэт рассмеялась.

- Мне было без разницы, лишь бы не сосредотачиваться на страдании. Когда меня откопали, то посчитали покровительницей любви и материнства. Меня, чуть ли ни при рождении лишенную возможности рожать, как лишают всех нас! Я в том храме любви такого навидалась, что ой! - потупилась она и покраснела.

- А Сьент, когда нашел меня в каком-то музее древностей и снял смертное заклятие, никогда пальцем не трогал. Он считает, что я слишком маленькая. А я, можно сказать, древняя старуха и знаю все подробности жизни!

- Кроме поцелуя?

- Кроме... всего, - до слез засмущалась девушка. - Но надо же с чего-то начинать!

- Ну, это не сложно показать, - улыбнулся дарэйли, приподнимая ее голову за подбородок.