Лунный князь. Беглец

Нет, у Шойны времени бы не хватило, - прыснул я, тут же заткнув смешок ладонью - да и окно это ближе к торцу, а наше, сломанное ночью, зияло куда правее.

Он выбрался на крышу, беззвучно (а, вот почему он избавился от железной «кожи»!) пробежал до сломанного окна и с кошачьей ловкостью запрыгнул в комнату. Вот тут у меня вспотели ладони от мучительного ожидания: как он справится с ядовитой дарэйли, если она уже восстановилась? Чудовищно, но я беспокоился за обоих.

Я досчитал до пяти, когда мой друг снова появился.

Долговато. Ему как раз хватило бы времени отсечь Шойне голову, если она все еще беспомощна. Забравшись на крышу, дарэйли оглянулся на конюшню. Я махнул рукой, показав, что готов.

Раскрутив в руке цепь со знаком Пронтора, Ринхорт метнул его. Диск глухо ударился о доски. Подобрав его с земли, я во весь дух побежал назад, к белому жеребцу.

Но дальше в нашей и без того не идеальной импровизации возникла заминка: конюх, вернувшись после того, как тихо открыл ворота, зачем-то забрался в седло.

- Слазь! – шепотом приказал я, пытаясь привязать к узде цепь со жреческим знаком Пронтора.

- Еще чего! Я не дурак! - оскалился мужик. Вырвав из моих рук цепь с сияющими камнями – наверняка решил, что дорогая вещь – конюх вонзил шпоры в жеребца и погнал его к воротам.

- Не дурак, но труп! – огорчился я.

Но мужик уже скрылся, вне себя от радости, что удалось не только вырваться от демонов, но и остаться с прибылью. Плюнув, я побежал на угол конюшни и залег, распластавшись в бурьяне.

Ненадолго же мне новой одежды хватает!

Очень скоро из дома пущенным из пращи камнем вылетел Ллуф и, отвязав своего коня, помчался в погоню. Следом из двери вывалились две девушки и жрец. А на них с крыши прыгнул Ринхорт, на лету принимая жутковатую боевую форму, в какой я его видел только при первом знакомстве. 

Рыцарь свалился не просто так – целил в жреца. Если бы он его сразу убил, его рабы, оставшись без хозяина, попали бы под «смертное» заклинание.

Но иерарх успел отпрыгнуть. Впрочем, потери среди врагов уже были: заслонившее жреца тело одной из девушек билось в конвульсиях на земле, из шеи бил фонтан крови, а отрубленная голова со срезанными рыжими волосами щерилась в небо смертным оскалом. Ринхорт сцепился с той, что была в темно-серых, под цвет волос, латах – Луана не давала ему подобраться к хозяину.

Два дарэйли металла, как рассказывал мой друг, могут биться почти вечность, если их силы равны.