Красный Камень Каррау. Каррау I

Я схватил её руки, наваливаясь сверху. Хотел уже ударить – так, чтобы она успокоилась. Но… так веселее. Так ещё лучше. Лучше лежать на ней, быть в ней, когда она дергается. Я не стал её бить. Я ей улыбнулся, и сказал, что люблю её. Что она самая лучшая. Что её волосы, её груди, её ноги – нет ничего лучше во всем мире. Я содрал с неё юбку, заткнув ею Сванне рот. Я брал её с большей жестокостью, чем обычно. Я смотрел ей в глаза. Нам – Керри и Боазу – нравилось видеть смесь ужаса, боли и покорности в её взгляде.

Мне – Конраду – было почти все равно. Почти. Я забыл её, позволил себе забыть. Так легче жить.

Керри кончил с хриплым выдохом. Прошептал ругательство, не выходя из девушки, потянулся за портфелем – за ножом в портфеле. 

В этот момент его/меня схватили сзади за шею, оттягивая от Сванны с непреодолимой медленной силой. Поднимая так, что казалось, голова сейчас оторвется. Мужчина держал меня одной рукой – всего меня, подняв над землей. Треснул лбом о стену – в глазах почернело.

Окружающий мир погас. Мы с Боазом стояли в квадратном стеклянном кубе. Демон перекатывался с носков на пятки, заложив руки за спину. Как школьник, ожидающий интересного продолжения. Повернул узкое лицо ко мне.

– Ну как? – Острозубо улыбаясь. – В день первый?

– Я мертв?

Я мертв, я упал в люк, не контролируя падение и спасаясь от сорванной Тени. Умер и попал в персональный ад. Конечно, в отличие от христианского, этот ад не будет длиться вечно. Всего лишь пока Боаз не сожрет энергию моей души.

Не могу оценить, сколько для этого нужно времени. Не могу здесь оценить время. Семнадцать дней тянулись бесконечно – и все же быстро, я то и дело терял осознание, забывая себя и становясь Керри. Чувствуя как Керри, думая как Керри. Мучаясь как Керри – даже не понимая, что это мучение. 

Боаз хихикнул. Прикрыл рот рукой, как девчонка. Стал вдруг ниже ростом, теряя шляпу – но приобретая белые косы, грудь и мятую школьную форму. На юбке – желтые пятна от той мусорки.

Странно, что Сванна оказалась так мала – я помнил её выше. А она просто… юная девушка, жизнь которой я переломал. 

– Но разве это не хорошее посмертие? – Отплясал вокруг меня хоровод Боаз. Глаза его оставались темными, как будто тень от шляпы все ещё прикрывала лицо.

– А, я понял! – Боаз вдруг вытянулся вверх. Сбросив косы, как ящерица сбрасывает хвост. Потянулся так, что под легкой блузкой проступили соски, и закрутил оставшиеся волосы наверх, в узел.