Красный Камень Каррау. Каррау I

Всегда, когда вижу её, мне слышится запах горелой плоти. Чем дольше вещь с тобой, тем большей властью обладает. Мы как сороки. 

На всякий случай я еще раз проверил карманы пальто, поправил дневник так, чтобы не бил меня острыми краями на каждом шаге.

Поезд вскрикнул тормозами, болезненно-медленно подъезжая к вокзалу. Звуки голосов, шарканья и возни в коридоре становились громче, беспокойнее.

Пора. 

Я дважды с силой вдохнул и с силой выдохнул, разгоняя ци под кожей. Проверил, не забыл ли что-нибудь в купе и вышел в коридор, к толпе детей, сонных, но радостных.

Болтающих, трущих глаза, нервно улыбающихся. Каррау - город студентов, а утром - начало второго семестра. Может быть, здесь, в вагоне, есть тот, кто станет моим учеником. 

Шок от перехода границы отступал, возвращалась нервозность. Тонкая нервозность с примесью радости: новый город. Трепет в желудке, который почему-то связывают с влюбленностью. Что ж, если так, я влюблен в открытия. Каррау - открытие. Опасное, будоражащее, горькое. 

Я застегнул пальто и, следом за детьми, вышел на перрон, в холодный воздух ночного города.

Низкие пустые платформы. Одноэтажное здание вокзала, освещенное разреженным нездорово-лимонным светом высоких фонарей. Ноябрь холоден и сух. 

Я замер, позволяя городу, как большому незнакомому псу, себя обнюхать. Узнавать вкус моей кожи - решать “свой” ли я. Могу ли стать “своим”. Пассажиры растянулись длинной цепочкой, двигаясь к раскрашенному фосфоресцирующим белым, как ребра скелета, переходу между платформами.

 

Город знакомился со мной. А я с ним. Всматривался в его потоки и пульс, в волнообразные движения его бытия и структуру. 

Пустота за спиной. Она потянулась ко мне инстинктивно - отвечая на “приглашение”, которое я послал Каррау. Глотка дыры с острыми треугольными зубами. Я закрылся. Обернулся медленно.

В десяти шагах от меня стоял немертвый. Высокий, седой, с костлявым лицом. Похожий на отставного военного. Под легкой шелестящей курткой, распахнутой несмотря на ноябрьский холод - белая выглаженная рубашка.

 

Скрестив на груди руки, вампир провожал приезжих задумчивым долгим взглядом. Оценивая. Выбирая. Самого медленного? Самого одинокого? Самого живого?

Но студенты прошли, а он все еще стоял.

Я двинулся к переходу - немертвый, не размыкая скрещенных рук, пошел следом. Держась так, чтобы не коснуться моей Тени ни ботинком, ни своей тенью - растрепанным темным пятном у самых ног. Человек, который никому ничего не должен.