Левый Шиба

Светящаяся сфера света пропадает, изнутри вырывается Юкико и как-то странно на меня смотрит. Будто бы в лёгком ступоре. Вот он, мой шанс.

- Кама! - воздушный снаряд сделал своё дело. Засмотревшись, она открылась и теперь летит собирать пыль. Теперь срочно нужно что-то придумать.

- Ха-а-а! - не своим голосом заорала девушка, поднявшись с земли. Кажется, крышу ей уже сорвало окончательно. Широко размахнувшись, она рассекла воздух перед собой налившимся светло-малиновым светом клинком. С лезвия в мою сторону помчалась гудящая дуга того же цвета, до краёв напитанная реяцу.

Шунпо в сторону уберегло меня от судьбы, постигшей деревья, попавшие под атаку. От них осталась только полянка с обгоревшими пеньками. Ни листьев, ни щепок, ничего не осталось. Между тем, девушка намеревалась продолжить веселье.

Широкий замах над головой, мне приходится ставить жесткий блок. Лезвие нагамаки, отбрасывающие какие-то странные светло-малиновые проблески застыло в нескольких сантиметрах от моего лица.

Вижу её перекошенное яростной гримасой лицо. Жалкое зрелище... похоже, выбора у меня нет.

- Хадо номер тридцать два, Окасен! - лезвие моего меча блеснуло ярким светом, после чего сработало хадо. Волна золотистой энергии, освещающей всё вокруг, словно лавина утопила в себе девушку. Вдалеке раздался взрыв, из облака дыма на скорости вылетела смазанная тень. В очередной раз я слышу сорванный голос Юкико, и вновь в меня устремляется серп светло-малиновой энергии.

Снова шунпо, и снова она поработала вместо бригады лесорубов. Такими темпами от деревьев ничего не останется.

И вновь наш бой пошёл по кругу. Возникает ощущение дежавю, ведь она всё так же бездумно пытается достать меня своим нагамаки. Но шансов у неё точно нет. Уже изрядно потрёпанная, полуголая девушка в остатках обгорелой формы с оружием, которое держит, скорее всего, впервые в жизни даже поцарапать меня не сможет. Интересно, что она хочет этим доказать? Какой-то отчаянный крик души? Вполне возможно.

Пока я отбивался от огромного лезвия бритвенной остроты, что в опасной близости пролетало у меня перед лицом, я кое-что понял. Понял, что теперь уже не смогу смотреть на неё, как на девушку. Общаясь с ней по шесть часов в неделю я не замечал этого, но сейчас... Сейчас я понял, что она до сих пор капризный неуравновешенный ребёнок. И с такими способностями это намного опаснее, чем раньше.