История одного солдата.

– Да нет, скорее это они сюда прикатят.

– Они в земле застрянут коль сюда поедут, господин Коргин,  - возразил крестьянский сын.

– По званию, Малой. Не забывая что мы на службе, раскуриваю трубку напомнил моряк, - Ну, а коль так значит понесем, Да ты не суетись, Альх. Все одно всему время свое.

Как и говорил старый пират всему свое время и время отнюдь не быстрое. Как он и предсказывал, вскоре  поступило распоряжение, всем оставаться на позициях в ожидании прихода знахарей. Буд-то бы раненные вроде Амина могли решать что им делать.

Правда кто-то на свою беду мог. Тому же Ашу с раненой рукой вслед за командиром поплелся к дороге. Грохни видно надоело сидеть в  компании неразговорчивого кузнеца. Сам он прокомментировал свое появления в расположении отделения Коргина  тем что от альфьих сученышей больно пагано пахнет. 

Вот только если разобраться, источником запаха оказался не кочевник, сам гном, вернее лошадь. Грохни рассек топором ей брюхо,  когда та перепрыгивала через их окоп,  так что значительная часть содержимого копытного вывалилась на воина гор.

Хорошо хоть сам гном был в шлеме. Но даже так привести мастера гнома в надлежащий вид и запах, видно будет стоить не одного килограмма мыла.

* * *

– Покойные, раненные, живые есть? – вывел Альхера из очередного сеанса созерцания травы, мужской голос.

– Живых  как видите много, что же касаемо покойных нету простите уж нас. А ранены троя, - отрапортовал Коргин, вытащив трубку изо рта.

– Двоя, - поправил Грохни.

– Дал бы заштопать. Жалко что ль тебе, мастер Грохни? – уже не в первый раз пожурил Чревослова Коргин.

– Само зарастет,  мы не из той мягкой кашицы, что вы сделаны. Гномы прорастают из корней скал,  - степенно отозвался гном.

– Вот только что-то кровь течет жидкая.

– Раненые идти можете? – все тем же безэмоциональным тоном осведомился мужчина в очках да козлиной бородкой.

Одет он был в штатский сюртук горожанина,  широкополую плетеную шляпу от солнца,  да сапоги.

Единственное, что выдавало в нем  человека на службе являлась светло зеленая повязка на руке. Правда без символике, зато с тиснением. Видно в недалеком прошлом она была то ли шторой к несчастью для нее оказавшийся не в том месте не в то время, то ли скатертью.

– Один может, -   безжалостно заявил Коргин,  невзирая на протесты Ашерика.