О чем петь на болотах

Зубы стали острыми длинными, что невозможно было сомкнуть губы.

Денис начал приходить в сознание. Еще большое чем ее вид, девушку испугало то, что он увидит ее в таком виде. «Уйди, отпусти. Верни, как было!» Длинными ногтями она принялась разрывать себе грудную клетку пока, не обнажила бьющееся сердце. Крепко обхватив его пальцами, выдохнув, София рванула, что есть сил. Все вспыхнуло ослепляющими красками, боль оглушила, но голод ушел. 

Когда  Денис окончательно очнулся, он увидел рядом с собой ту же София, к которой привык.

- Где твоя рана? 

- Все обошлось. И у монстров есть свои преимущества.

- Чего тогда расселась? Надо сваливать. Не хочу знать, как это дерьмо будут разруливать. 

София и Денис выехали на трассу, когда край солнца уже показался над горизонтом, прогоняя прочь воспоминания о жутких ночных событиях. 

- Ты расскажешь, что случилось, пока я был без пульса?

- А ты расскажешь, что за челопес из тебя вышел? 

- Пф.

Если б знать, как о таком вообще рассказывать. – Денис замолчал, подбирая слова. – Гершель говорит, что это какой-то собачий дух. Мы запечатали его в моем теле, ну знаешь, чтоб он не беспредельничал. Но, капля чужой крови – как врата – выпускает его наружу, а я в это время вроде как умираю, пока эта тварь не вернется. У меня есть семь минут, чтобы вернуть его обратно. Что подводит нас к следующему вопросу, как ты его вернула?

 - Гершель дал мне это. – София достала золотой диск. – Он назвал его Бич Исиды.

- Это что-то из египетской мифологии?

- Понятия не имею. Но, у меня столько вопросов.

- Ну, пусть эта штука пока у тебя останется.  А вопросы мы будем задавать ему вместе. 

София посмотрела в зеркало, чтоб убедиться, не осталось ли последствий ее превращения, и порадовалась увиденному отражению.

- А на что похож мой собачий дух?

- На добермана.

Дожди закончились, и рассветное солнце слепило, даже не смотря на высокие стены деревьев. Золото листьев опадало и кружило от малейшего ветерка, но кроны не становились беднее. Музыка играла, коричневый плед все так же пах морем, а София радовалась, что впереди еще так много километров.