Последняя тропа

О том, что это действительно ее «последняя тропа», ибо после того, как Лисса совершит задуманное (а она совершит!) ни спастись, ни отбиться от разгневанных людей ей не удастся.

О том, как сильно за эти три года изменился Виленси: Выше стал, бороду отрастил, живот наел. Единственное, что осталось прежним — пустой «рыбий» взгляд.

О том, что она действительно не жалеет потраченной на спасение матери Киры одной из двух с таким трудом добытых «рун великого исцеления».

А самое главное, о том, что у Лиссы сейчас всего одна попытка, и что малейшая оплошность легко поставит на всем жирный крест.

Шаг.

Не спугнуть Виленси раньше времени...

Шаг.

Не насторожить Серебряных стражей и прочих благородных, раньше времени...

Шаг.

Замереть, незаметно внимательно оглядеться и мысленно пересчитать имеющийся при себе, с великим трудом, но таки успешно пронесенный арсенал.

Арсенал...

Тот, к слову, был невелик: три, теперь только три рунические пластинки, зачарованные кольцо и амулет, крошечная склянка с особой кислотой, одноразовая боевая печать, обычный кинжал, а также... зачарованный кухонный нож. Тот самый нож, которым Виленси в свое время Лиссу изуродовал.

Кто-то мог бы сказать, что с таким набором одолеть благородного у девушки не больше шансов, чем голыми руками изгнать древнего демона, но Лисса в себе не сомневалась.

Да и где взять большее, если даже за этот крошечный комплект она заплатила воистину непомерную цену? Например, за одну незаконную магическую печать Лиссе пришлось совершить самое страшное для женщины кощунство, отдав Безликому алхимику из Гнилой дыры, свою... Матку. Но оно того стоило. Да и.

Несколько новых шагов, и Виленси стал ещё ближе.

Тот как раз торжественно поднял руки объявив, что первый желающий может выйти в круг шести алтарей.

Сходу желающих как-то не сыскалось.

Лисса тоже пока выходить не спешила. Рано. Гассар должен расслабиться. Все от благородных до последней черни должны расслабиться и увериться, что все будет как обычно.