Ночь подруга, тень сестра

После минутных размышлений она решила, что без дополнительной проверки придётся тяжко, и поэтому решила рискнуть и опять воспользоваться помощью мыши.

Петра достала кинжал, и сделала второй надрез на ладони, параллельно первому. Приложив фигурку к кровоточащей руке, Петра подождала, пока глиняная мышь впитает достаточно крови. Без этого заставлять кусок глины подчиняться девушке не было смысла – слишком много прошло времени с того момента, как Петра кормила его в последний раз.

Перемещать сознание полностью сейчас было бы чистым самоубийством, потому Петра просто отсекла его часть, переместив в фигурку.

Это позволяло девушке одновременно управлять как своим телом, так и магической мышью, видя мир сразу двумя зрениями. Концентрация и внимательность при этом сильно снижались, поэтому было куда надёжнее просто запомнить всё, что видела мышь, но идти в темноте, чем зрячей пробираться в чужое жилище, одновременно контролируя фигурку.

Мир сейчас виделся Петре более блеклым и тусклым, чем когда она заключала туда сознание полностью.

Девушка взглянула магическим зрением на дверь. Паутинка разноцветных рун, нанесённая у самого порога, была плотной, но иссиня-чёрные и гранатовые нити в ней выглядели тонкими, слабыми и неопрятными, а сам узор был ассиметричен. Признаки далеко не великолепного руниста. Это внушало надежду, что не придётся долго возиться со снятием защиты.

Привычным усилием воли Петра вернула отсечённую часть сознания, вновь ощутив себя единой и цельной. Замерла, проверяя, не изменилась ли что за эти мгновения.

Дом на улице Кудесников всё так же был тих и беззвучен.

Надо было приниматься за работу.

Петра сделала крохотный шажок. За ним ещё один. Затем, поджав под себя левую ногу, прыгнула, осталась стоять на одной ноге. Выдохнула - кажется, получилось не задеть силовые линии рунного рисунка. Ещё один прыжок, на этот раз – на обе ноги. Петра сделала крошечный шажок. Немного повернулась. Отскочила назад, а затем, встав на цыпочки, сделала три длинных шага.

Замерла, опасно балансируя, и, выровняв равновесие, шагнула к двери.

Петра стояла на маленьком безопасном пятачке в полутора локтях справа от замочной скважины. Подойти к ней ближе не вышло бы при всём желании – рядом с порогом была слишком плотная рунная защита.

Петра вновь достала отмычки. Механизм замка был сложнее, чем на входе, да и стоять в такой позе было неудобно. Так что провозиться с открытием двери девушке пришлось в несколько раз дольше.