Тихая война

Оказавшись в просторном, но пустынном зале, он замер. Голоса стали громче. В холле неподалеку мелькали людские силуэты. Говорили не на Общем языке, однако не без труда Эйнеке сумел различить некоторые слова. Люди Акселя – а в том, что эти типы служат Акселю полукровка не сомневался – суетились и ругались, говорили что-то о потерянной шахте и о наступающей в лесу чародейке.

“Они разделились. Атаковали с двух сторон”, - понял Эйнеке. План показался ему смелым, пускай и чересчур рискованным. Также он понял, что со стороны шахты не следовало ждать подкрепления.

Тот грохот в глубине подземелья… Они ведь завалили проход, верно? Что это еще могло быть, как не попытка защититься от нападения хоть с одной стороны?

“Неважно!” - одернул сам себя Эйнеке.

Снова атаковал. Атаковал столь же безжалостно и стремительно, что и в прошлый раз, только сейчас его магия стала не единственным острием, а широкой волной чистой силы. Волна прокатилась в холл, опережая Эйнеке на добрые три десятка шагов. Она смела с ног застигнутых врасплох бойцов, выжгла и осушила их.

Эйнеке больше не останавливался. Покончить со всем как можно скорее – единственное, что он желал сейчас так отчетливо и так ясно. Холл опустел в мгновение, а забаррикадированная дверь не казалась серьезной преградой. Эйнеке был уже готов обрушить на нее всю мощь своей магии, как вдруг из-за плеча послышался голос:

- Полуэльф! - позвал он.

Знакомый голос!

“Аксель!” - тихо и зло рокоча, Эйнеке обернулся.

Очередной Кош, вооруженный длинным мечом, стоял на высокой витой лестнице, ведущей из холла куда-то на второй этаж заброшенного шато.

- Ты выбрал уже на чьей ты стороне, полуэльф? - спросил Аксель, надменно вскинув голову, а пальцы его с силой и напряжением сжали оплетенную кожей рукоять меча.

“Боишься, человечишка!” - как-то злорадно подумал Эйнеке. Свирепость нет-нет, а все же пробуждалась в нем. Пробуждалась, разрасталась, будоражила!

- Мне не нужно выбирать. Я давно выбрал, - отозвался Эйнеке и недобро оскалился.

Аксель явно не был так глуп, чтобы не уловить его враждебность.

Меч он пока так, впрочем, не обнажил. Все еще надеялся на мирный исход? Зря!

- Подумай, полуэльф, ты мог бы сражаться за таких, как ты… - продолжил было Аксель, но Эйнеке протестующе зарычал.

- Убивать невинных горожан, трусливо их взрывая – это не сражаться! - возразил Эйнеке, чувствуя как вместе со свирепостью в нем вскипает откровенная злоба. Проклятый лицемер! За одно только это его следовало судить!

Судить?..