Тихая война

Однако магия оказалась не так уж бесполезна. Она привлекла внимание. Обозначила врага. Внезапно Эйнеке заметил брата. Тот, как и следовало ожидать, был в самой гуще схватки. Используя за оружие стул, он лихо бился с рыцарями-предателями. Заслышав крик брата и увидев короткую колдовскую вспышку, он от всей души шарахнул ближайшего врага стулом по хребтине. После, верно оценив расстояние и свои шансы нагнать цель, он схватил с чудом не развалившегося стола что-то серебряное (кажется, вазочку для фруктов) и метнул в Коша.

Увы, удача сегодня была не на стороне Вейнсов. Вазочка пролетела мимо. Дальнейшего развития событий Эйнеке не стал дожидаться. Он оставил балкон. Бегом пересек комнатку и выскочил обратно на лестницу. То и дело шарахаясь плечом о стены, перелетая через ступеньку, а то и через две, Эйнеке несся вниз. В конце лестницы он запнулся, слетел почти что кубарем! До искр из глаз шарахнулся затылком и все же встал.

Пошатываясь и заваливаясь то на один бок, то на другой, Эйнеке пересек охваченный безумством зал.

Лишь раз на него пытались напасть. Полуэльф прервал это покусительство жестом – небрежным потоком чар. Для остальных же он остался незамеченным или попросту неинтересным.

Пара мгновений. Тяжелые хриплые вздохи, долгим эхом отдающиеся в ушах. Эйнеке оставил зал, выбежал в коридор. Он минул здоровенный холл и свернул в примыкающий к нему коридорчик, ориентируясь лишь на угасающие вдалеке отголоски шагов, и только для того, чтобы увидеть, как сир Габриэль – черный грач Инквизиции – настигает его цель.

Хруст костей. Крик удивления и боли. В один прицельный удар инквизитор сбил Коша с ног, а Эйнеке…

Эйнеке, привалившись к стене, сполз на пол.

Письмо сира Филиппа Монтье к сиру Клеменсо Дюри

Письмо сира Филиппа Монтье к сиру Клеменсо Дюри:

“Почтенный милорд!

Спешу Вам сообщить, что расследование продвигается успешно и близко к завершению.

Мы арестовали двадцать трех помазанных рыцарей и одиннадцать слуг. Последних господин Лебран уже отстранил от службы. Заподозренные в содействие заговорщикам рыцари все еще причисляются к гвардии, однако, думаю, это всего лишь вопрос времени. От обвинений если кто и отмахается, так только Леондар и Красио. Их причастность все еще вызывает определенные сомнения, но, уверен, мы еще найдем улики для обвинения.