Двуединый

Она медленно закрыла рот и хитро улыбнулась:

— Конечно, я расскажу вам, господин Абель. В обмен на несколько занятий.

Гнец засмеялся.

— Ваша взяла. Я даже готов и дальше обменивать занятия на интересную информацию. Но только рассказ вперед. И не хитрить.

Ла Абель Гнец

Несмотря на то, что мое утро началось в пять часов с почти позабытой разминки, настроение было прекрасное. Вчера вечером я узнал много нового о распространении слухов и сейчас думал, что смогу применить на практике в ближайшем будущем. Даже цена в четырнадцать ежедневных занятий, которую выторговала Сильвия, выдавая мне информацию порциями, не казалась особенной.

— Ну и чего ты пыхтишь, едва начав? — поинтересовалась Сильвия откуда-то сверху, когда я заканчивал вторую сотню отжиманий.

Я ничего не ответил.

— На женщине также еле извиваться будешь? Отвечай! — рявкнула капрал.

— Нет, — хрипло выдохнул я, не вникая в суть вопроса.

— Неужели? — почти промурлыкала она и неожиданно опустилась на траву прямо передо мной. Покрутилась немного и легла на спину: головой ко мне, ногами в противоположную сторону.

— Ну что же, проверим, — снова мурлыкнула она, слегка подтягиваясь в мою сторону.

Я не успел остановиться, и в нижней точке траектории движения наши губы соприкоснулись. Меня словно прошиб электрический разряд, и руки сами по себе вновь вздернули тело вверх.

— Ну что же ты остановился? Или я в этом месте недостаточно женщина? Может, так лучше? — Она скользнула еще дальше, и напротив моих глаз оказалась ее грудь, обтянутая черной формой.

Я опирался на вытянутые руки и лихорадочно пытался решить, что мне делать. Где-то в глубине разума буквально захлебывалась серебристым смехом Диана. Сильвия внезапно выгнулась дугой, доставая грудью до моего лица. Я буквально взмыл в воздух, оттолкнувшись от земли кончиками пальцев, и, извернувшись, приземлился на ноги.

— Ого, как мы умеем. — Улыбающаяся Сильвия приняла сидячее положение, опираясь на правую руку.

— Мы так не договаривались. — Голос готов был сорваться. Внутри меня все дрожало.

— Разве? Мы договорились на четырнадцать занятий, но не было ни слова о том, как именно я должна их проводить. — Ей было откровенно смешно. — Впрочем, я готова пойти тебе навстречу. Но с одним условием.

— Каким? — Я буквально чувствовал подвох.

— Ты продемонстрируешь мне свой последний прыжок снова. Без дополнительной стимуляции.