Двуединый. Враг империи

Посмеиваясь над солдафонскими повадками «мечников», аристократы остальных Домов, тем не менее, продолжали набирать собственные службы безопасности и отряды городской стражи для борьбы с преступностью. Треть имперских генералов, командующих своими собственными легионами, никогда не принадлежали Дому Крылатого Меча. Лидия еще помнила лекцию отца о важности политики сдерживания и игры на противоречиях. По его словам, «мечники» будут продолжать исполнять роль послушного цепного пса государства лишь до тех пор, пока их зубы недостаточно остры, чтобы перекусить цепь.

До сих пор «пес» был достаточно свиреп, имея в своем распоряжении почти половину военной мощи страны, но и «цепь», скованная из личных отрядов членов прочих одиннадцати домов, была достаточно крепка. Пока девятнадцатилетний самоубийца не продемонстрировал всей империи феникса — огненную птицу, способную ворваться в толпу из десятков элитных воинов и магов и забрать с собой в объятья Совершенства более ста человек. А ведь в арсеналах Дома Меча должен храниться не один десяток подобных големов.

Ла Абель Гнец

— По правде говоря, феникс не так уж и мощен, — принялся пояснять я удивленной эффективностью запрещенного оружия Лидии. — Чтобы израсходовать энергию хорошего защитного амулета ему требуется порядка двух-трех секунд. Тот же драконий посох справляется с этой задачей почти вдвое быстрее, да еще и обладает возможностью использовать при атаке разные виды энергии для поражения слабых мест противника. Единственный плюс феникса в его маневренности и слабой уязвимости: не так уж много магов способны прицельно бить мощными артиллерийскими заклятьями льда.

— Про одноразовые артефактные жезлы, разработанные специально для парализации огненных птиц, я решил не упоминать. Тем более что сам их ни разу не видел.

— Чудовищно! — выдохнула Лидия, глядя на меня затуманившимися глазами.

— Э? — удивленно заметил я, абсолютно не понимая, что такого чудовищного нашла в моих словах жена.

— Это действительно война, Абель. — Лидия покачала головой.

— Давид не сможет спокойно спать, пока в руках вашего Дома сосредоточена такая мощь. Как только он сядет на трон…

— Если он сядет на трон. — В памяти услужливо всплыл недавний разговор с Соколом и обещание Ингви доказать виновность Давида. Если моя жена права, то у Гнешека есть еще одна причина очернить наследника императора — и куда серьезнее желания обелить мое имя. А действовать он станет не в одиночку.

— Ты собираешься ему помешать?

— Не я.