Чума теней. Книга вторая.

— Смерть народу Теней! Стой, Чума теней! Во имя человечества! — вынужден был крикнуть Найрус и для убедительности зааплодировал. — Отличный удар, дружище! Я, как зритель, был в полном восторге.

Пятидесятник улыбнулся и отсалютовал оружием.

Найрус, когда пятидесятник скрылся, снял с детей плащ и... оба ребёнка уже спали.

Блич никогда не вспоминал этот разговор, и Найрус очень надеялся, что он про него забыл. Или, проснувшись, принял за страшный сон.

Невилл своим появлением напомнил профессору очень важную вещь. Что он тоже не святой. И полный боли за Гулле и Фейли, и ненависти к ночной армии, ведь готов был действовать примерно так же. В голове уже носились планы пыток, какие опытный хирург может применить к заключённым, чтобы навели на логово атаманов.

И вот появился Невилл и показал, как это выглядит со стороны.

И Найрус уже больше не собирался переходить все грани ради самых праведных дел. И знал, что обязательно постарается остановить в бесчинствах Невилла.

Время до рассвета ещё оставалось. Он мог оставить Морэ и уйти отсыпаться домой. Но... но лучше уж здесь. Да, среди кошмара работающей бойни. Всё одно лучше, чем в доме, который не смог уберечь.

Найрус заснул. Брызги крови иногда попадали ему на лицо, но он не просыпался.

Лишь бормотал:

— И даже если доведётся мне пройти Долиной Смертной Тени... даже если доведётся... пройти... Долиной Смертной Тени...

Бойня была настоящим царством смерти. Смерть витала здесь повсюду.

— Фейли, — прошептал бесёнок, и пальцы на его руках начали подрагивать, а щёки розоветь.

Маленькими глоточками, через чужие убийства, но мальчик пил эту смерть. Смерть, которая ему давала жизнь.

— Нет.

.. не погибель моя... это просто судьба... приготовила мне трапезу... трапезу из врагов моих, — продолжал цитировать во сне Найрус древнюю книгу.

* * *

Связанного мужчину с мешком на голове привели два юноши — один в фартуке кожевника, второй с воровским поясом, подросшие сыновья продажных. Когда они стянули мешок, Блич увидел некрасивое лицо, перекошенное от злобы.

— Всё.