Эдем. Вторжение

Благодаря своим очкам, я увидел, как вокруг девушки вспыхнул дымчатый ореол и пара тончайших жгутов, стремительно преодолев десяток метров, впилась в тушу только что освежеванного кабана.

 Вызвав испуганные вскрики охотников, еще парящая груда мяса, только что лишившаяся шкуры, несколько раз дернув  задними ногами, ловко вскочила. Глухо цокая копытами, по пыльной дороге, приблизилась к нам, оставив позади остолбеневших мужчин, недоверчиво переводящих взгляд со шкуры и обратно.

- Ну Мааксик… - протянула она, а кабан ткнулся пятаком носа парню в поясницу, заметно того пошатнув.

- Если ты думаешь, что я тебя… - повеселевшим голосом начал было говорить лучник поворачиваясь. 

Но тут он увидел в паре сантиметров от себя истекающую сукровицей крупную тушу кабана, приветливо замахавшего обрубком хвоста и даже попытавшегося дружелюбно хрюкнуть. Правда, это расслышать толком уже не удалось - взвизгнув по девичьи, охотник дал такого стрекача,  что через пару секунд лишь медленно оседающий пыльный след мог подсказать направление, в котором он скрылся.

- Юмор у меня, видите ли, идиотский, - проворчала Несс, ласково поглаживая кабана по белым сухожилиям лопатки. 

После подобной выходки нас быстро и безоговорочно выставили за жидкий частокол деревенской крепостной стены.  А после того как Хрюша (ну вы понимаете кого так окрестила Несс) совершенно случайно оперся боком о плохо вкопанные защитные бревна селения и они упав, утянули за собой целый пролет, нас выставили еще дальше.

И даже проводили, скорее всего, чтобы быть уверенными, что мы не вернемся переспросить дорогу,  до одиноко стоящего старого дома, на приличном расстоянии от самого поселка. 

У этой развалины был хозяин, на все сто подходящий внешне своему жилищу. Нет, Сеня был молод, и явно чист, но рубаха вся в заплатках, штанины одна короче другой, сапог обмотан грубой веревкой, скорее всего удерживая подошву на месте.

Волосы топорщатся во все стороны, а глаза тепло и приветливо светятся, искренне радуясь гостям. 

- Если они привели вас ко мне, значит вы им пришлись не по душе! – весело заявил он. – Рад принять у себя хороших людей! Располагайтесь!

Вечер быстро пролетел за банькой да сытным обедом, уступив время ночи и ярким снам, на мягкой, словно перина, деревянной лавке старого покосившегося дома. 

Как все-таки мало нужно человеку для счастья.