Метрополис

Бедняжка.

– Да, сэр.

– Эрнст, введи Гюнтера в курс дела о попытке убийства, – попросил Вайс. – Ты не против подобных разговоров, Ева?

– Нет. Не против. Ведь я печатаю отчеты о жертвах. Думаете, потом я забываю все это? Иногда мне кажется, в этом городе трупов больше, чем на поле боя. Я пытаюсь выбросить из памяти, но надолго не получается. Чтобы на самом деле забыть, нужно хобби, а у меня нет времени, потому что я постоянно в этой чертовой машине.

– Прости, и мне жаль, что я снова прошу тебя поработать допоздна, – сказал Вайс.

– Все в порядке. К счастью для вас, мне нужны деньги. Кроме того, я плохо сплю с тех пор, как начала тут работать.

– Не удивлен, – произнес Геннат.

– О, это не имеет никакого отношения к убийствам и подробностям того, что случилось с жертвами. С этим я могу справиться. Почти. Дело в соседе этажом ниже. Он из хорового ансамбля «Комики-музыканты»[21 - Популярный немецкий мужской квинтет, который был основан в 1927 году.]. И когда напивается, что, кажется, случается в любое время дня и ночи, он поет.

– Я слышал о них, – сказал Геннат. – Они знаменитости.

– Да, но это ненадолго, – ответила Ева Кюнстлер. – Однажды вечером вам позвонят и вызовут в дом на Потсдамершоссе, где вы увидите певца с перерезанным горлом, а над ним – меня с бритвой в руке.

– Хороший район, – сказал Геннат. – Там у нас убийств еще не было. Приятно для разнообразия отправиться в такое место. И я, разумеется, постараюсь забыть наш разговор.

Честнее сделки и быть не может.

– Эрнст помнит каждую деталь каждого убийства, которое расследовал, – произнес Вайс. – Не так ли, Эрнст?

– Не знаю. Может быть. Раз ты так говоришь.

– Одна из причин, почему он такой хороший детектив. Большой Будда ничего не забывает. Итак. Введи Берни в курс дела девушки номер три. Дело Фрица Пабста.

– Фрица? У нее мужское имя?

– Поверь мне, – ответил Вайс, – сходства только начинаются.

– Фриц Пабст, также известный как Луиза Пабст, был проституткой-трансвеститом, – начал Геннат, – к тому же хорошим.

То есть даже при свете дня было трудно определить, что на самом деле он – мужчина. Фотографии Фрица, одетого Луизой, спасительны для любого, кто считает себя опытным и бывалым человеком. Вплоть до его нижнего белья от Гошенхофера.

– Жаль, что я не могу себе позволить такие красивые вещи, – пробормотала фрау Кюнстлер.

– Пабст вел фотоальбом и планировал стать певцом в «Пан Лаундж».