Аристократ. Пять Грязных Искусств

А вдруг она почувствует, что я не владею кодо, когда прикоснётся ко мне? Кто же поймёт этих адептов и то, что они чувствуют?

Её рука всё ещё ожидала от меня элементарной формы этикета. Пришлось отвечать на вежливость.

— Рэй, — представился я и легонько пожал узкую тёплую ладонь девушки.

— Просто Рэй? — удивилась она. — Рэй, и всё?

— Рэй Питон.

— Очень приятно.

Рукопожатие новой знакомой вышло крепким. Руки у неё были сильные. Зато так мягко и длинно моё имя не произносила даже сестра.

Взгляд девушки стал лукавым и заинтересованным.

Однозначно, передо мной сидела любительница совать нос в чужие дела. Терпеть таких не могу. Усердных… даже усердствующих. Ещё и мужским именем просит себя называть, а это показатель избытка ерунды в голове.

— А чем вы занимаетесь, Рэй? Точнее, кто вы по ПГИ?

Я чуть было не спросил, что такое «ПГИ». К счастью, удержался от вопроса. Вспомнил, что разговариваю с адептом, а значит, о кодо. Но вот что конкретно значило «ПГИ», я не знал.

Мои мозги хоть и пребывали сейчас в наркотическом тумане, но всё же поднапряглись и сообразили, как умело уйти от вопроса.

— Я могу позволить себе не работать, мисс.

Но девушка стояла на своём:

— Нет, я про ПГИ спросила. Кто вы по ПГИ?

Вот послать бы её к чёрту.

— Не хотелось бы об этом распространяться, — сухо ответил я.

Кажется, сработало. На лице девушки отразилось понимание.

— Вот знаете, — забормотала она, — когда я говорю о Пяти Грязных Искусствах, меня всякий раз пробирает дрожь. Ведь не так они должны называться.

Но всё же… Рэй… откройтесь. Я никому не скажу.

Я растянул губы в вежливой улыбке. Ага, как же, не скажешь. Да у тебя язык без костей, детка.

Зато теперь мне стала известна расшифровка «ПГИ» — Пять Грязных Искусств. Только вот какие искусства имелись в виду…

Ну что ж, была не была, прощупаем почву.

— Я занимаюсь мутациями.

— Мутации? — Девушка всплеснула руками. Повернулась к молодому человеку, что сидел рядом и мрачно глядел в окно (судя по ядрёному запаху перегара, он пребывал в состоянии жуткого похмелья).

— Ты слышал, Генри? Генри! Он владеет кодо алхимических мутаций. Это так здорово. — Она взглянула на меня полными восхищения глазами. — А я инфир по искусству призыва. Воронки смерти, шёпот, перерождение… Я даже Лемегетон читала. И знаю ключи и печати всех семидесяти двух демонов. А ещё я изобретатель. Изобретатель, понимаете? Но никогда ещё не встречала настоящего мастера по мутациям. Вот это да! Как же мне повезло.

Да уж, повезло.