Аристократ. Пять Грязных Искусств

— Мне некогда, Соло, — фыркнула женщина. — И я не собираюсь обрабатывать каждого, кого ты избил.

— Обработай его, и я прощу тебе должок.

За моей спиной шумно выдохнули.

— Чёрт с тобой, Бартоло. Но больше не подсовывай мне своих пьяниц. От них воняет!

— Софи, ты прекрасна, ты ангел-хранитель этого грешного города, — улыбнулся Соло.

Женщина обошла моё кресло и остановилась напротив.

Её лицо скрывала плотная чёрная вуаль, волосы были собраны под шляпку без единого шанса узнать: блондинка она, брюнетка или рыжая.

Она склонилась надо мной и долго изучала моё лицо. Я лишь заметил, как блеснули её глаза сквозь ткань вуали, будто в ночи зажглись и погасли уличные фонари.

— Его била не твоя рука, Бартоло, — сказала женщина.

— Это Феликс, — коротко пояснил тот.

— И Феликс тоже получил, верно?

Соло не ответил.

Женщина усмехнулась.

— Как тебя зовут? — спросила она у меня.

— Рэй, — выдавил я хрипло.

— Я подлечу тебя, Рэй, так уж и быть, — она поднесла к моему лицу раскрытую ладонь и негромко попросила: — Смотри сюда, на мою руку.

Сначала я не видел ничего необычного. Но через несколько секунд кожа на её ладони начала меняться, становясь… зеркальной. В руке женщины я увидел собственное отражение. От неожиданности даже приподнялся с кресла, но Соло рявкнул:

— Сядь на место!

И я опустил зад обратно.

— Что ты видишь, Рэй? — прошептала Софи.

Я нахмурился, вглядываясь в мутное отражение.

— Кровь… лицо в крови.

Я хотел отвернуться, но не смог отвести глаз. Зеркало не отпускало.

— Хорошо, Рэй. Я заберу твою боль.

Кажется, я это уже слышал. От чёрного волхва Херефорда. Выходит, эта женщина… тоже чёрный волхв?.. Зараза, ещё один чёрный волхв на мою голову.

— Не нужно так напрягаться, Рэй. Я не храню чужую боль у себя, мне это не нужно. Я верну её тебе, но в другом виде. Ты сам решишь, что с ней делать. — Она замолчала и после небольшой паузы спросила: — Что ты видишь сейчас? Посмотри.

Моё отражение на ладони начало меняться.

Кожа светлела, очищалась от крови, правый глаз принимал нормальный вид, припухлость сходила за секунды, на рассечённой брови теперь светлел только шрам, и нос… чёрт возьми… нос, чуть сдвинутый вбок от удара, менял форму, становясь на место. Лицо преображалось, боль уходила. Это было приятно.

— Что ты видишь, Рэй? — услышал я тягучий шёпот Софи.