Теплый снег

— А у вас... — начал нерешительно Невада, — не так?

— Не так, — Викар опустил взгляд и, скрестив ноги в позе лотоса, прислонился спиной к стене, — моя семья выставила меня, когда узнала, что я по призванию сокрушитель. Невада, я же говорил, что мой отец торговец?

Встретившись с голубо-зеленым взглядом Викара, Невада кивнул в ответ. Тогда мальчик вновь отвел взгляд в сторону.

— Все в моей семье потомственные торговцы. Мы путешествовали с одного континента на другой, и ни у кого не было сомнений в том, что я стану торговцем, но.

.. — Викар усмехнулся, — не получилось.

— И тогда, — Невада взволнованно наклонился вперед, — только не говори, что они оставили тебя и уехали?

— Такова судьба торговцев, — не поднимая взгляда, Викар пожал плечами, — они кочуют из места в место. Оставаться где-то надолго — это уже не часть их призвания.

Где-то в глубине души Викар вспомнил сцену расставания с семьей. Тогда родители потрепали его по волосам и грустно сказали: «Ты же понимаешь, да? Мы не можем идти против своей судьбы, как не можешь сделать этого и ты.

Здесь наши дороги расходятся».

— И все равно! — взволнованно вскрикнул Невада, заставляя Викара поднять голову. — Они все равно твои родители, и то, как они поступили, неправильно!

Викар удивленно приподнял брови, смотря на Неваду. В этом мире пойти против призвания было невозможно и даже запретно. Именно поэтому, если призвание требовало чего-то, то все поступки на пути к этому прощались, однако сердце ребенка, оставленного позади, предательство простить не могло.

Слова Невады будто подтвердили истинные мысли Викара, заставляя его усмехнуться и тихо прошептать: «Чудак».

— Наши родители тоже уехали, — произнес спокойно Сэнду, указывая на себя пальцем, — но я не переживаю, потому что Санда осталась со мной.

Девочка с мандариновыми волосами тяжело вздохнула. Прикрыв лицо рукой, она тихо произнесла: «Это же только я из нас двоих получила призвание сокрушителя не добровольно.

Ты вполне мог получить что-то нормальное и остаться с родителями».

— Но тогда, — Сэнду обернулся к девочке, сидевшей на кровати, — ты бы осталась одна. Я же обещал, что всегда буду рядом. Как я мог оставить тебя одну?

Выпрямившись, Санда убрала руку от своего лица и нежно улыбнулась. Ее брат воспринял это как добрый знак и улыбнулся в ответ.