Жажда магии. Господство Альянса

      В теле разливается чудовищная усталость и боль, даже с моей выносливостью, подкрепленной той смесью энергий, что текла в венах, эти несколько часов казались нескончаемыми, и хотелось просто свалиться замертво. Сколько же достойных воинов погибло сегодня из-за того, что просто выдохлись, не заметили простого взмаха копья или лишились последних крох магической энергии? У меня самого почти иссякла мана, растраченная в боях с вражескими магами и массовых атаках. Приходится беречь каждую крупицу и с двойной осторожностью бросаться в атаку.

Интересно, а не присоединюсь ли я сегодня к погибшим товарищам? Из горла вырывается неуместный смех, более похожий на хрип. Было бы забавно умереть в войне с троллями после всего, что было мной сделано в прошлом и запланировано в будущем. Вот только отсиживаться нельзя, такой маг как я не имеет право оставаться в стороне. Обращаюсь к силам, сокрытым в накопителе, вычерпываю всю доступную энергию до капли, делаю глубокий вздох, успокаиваю взбудораженное сознание.       А затем быстро, пригибаюсь к земле, выныриваю из-под каменной плиты, бегу вперед, к увиденной искорке магии, что едва мерцает даже в моем зрении. Рывок и вращение оставляют позади просеку из мертвых тел и вновь напоминают о недостатке маны. Однако цель уже близко, и, разрубая на части очередного тролля, я достигаю нужного места, а затем наклоняюсь над мертвым сородичем. Не для того, чтобы почтить, на это нет времени, а затем, чтобы забрать накопитель, в котором еще плещется драгоценная энергия. В последние полчаса поиск кристаллов маны стал моей главной заботой, син`дораи испытывают острую нехватку энергии, и единственное, что нас спасает — свежие подкрепления и стремительно утекающие силы врага. Нет, троллей не становится меньше — это проклятие, сравнимое с ордой силитидов, не устает прибывать на бойню, что раскинулась на берегу. По пляжу уже раскинулись целые валы из мертвых тел и они все нарастают. И каждый из врагов, словно безумный, рвется в бой, даже не думая о страхе. Но все же самые опасные из них, стихийные маги, в большинстве своем погибли к настоящему часу. Если бы дело обстояло иначе, возможно бы мы и вовсе пали. Слабость врага весьма кстати, ведь вскоре придет последняя партия из некогда сорокатысячного корпуса, а затем мы останемся одни перед лицом неприятеля. И это станет нашим шансом на победу.