Артар #5: Янтарный единорог

Отряд Терехова оказался отсечен от основных сил и прижат к стене, но, как всегда, сражался с таким остервенением, что противники пожалели, что вообще связались с этими чокнутыми. В очередной раз меня удивил Берс. Он либо совсем не чувствовал боли за счет каких-то новых умений, либо упивался ею. Но бросался он в самую гущу врагов, при этом не обращая внимания на многочисленные раны. Его воспламеняющаяся на воздухе кровь летела во все стороны огненными брызгами, и в полутьме это смотрелось, как какое-то жутковатое фаер-шоу.

Они, пожалуй, и без меня бы справились, особенно когда на полную катушку подключился Док. Морозное дыхание Карачуна обдало врагов белым облаком, будто струя из огнетушителя, а сонм призраков, призываемых жезлом из древесины Джубокко, довершил начатое, скользя от одного противника к другому и постепенно окрашиваясь багрянцем.

Еще пара минут — и во дворе возле ворот почти никого не осталось. Перепрыгивая через трупы защитников, штурмующие крепость бойцы ринулись дальше. Псы — за ними.

Я остался на месте и устало стянул с головы черный клобук, закрывающий лицо.

Куртка на правом боку и на спине насквозь промокла от крови и неприятно липла к телу. Но иконка кровопотери в интерфейсе была уже полупрозрачной и мигала — вот-вот исчезнет. Регенерация, подстегнутая зельем, быстро брала верх. Через несколько минут раны затянутся.

— Мангуст, не отставай! — выкрикнул, чуть задержавшись, Гюрза, добивая ударом копья раненого непися-стражника. — Бой еще не закончен!

Я не ответил, лишь покачал головой.

Гюрза помчался дальше, догоняя остальных. Не думаю, что он даже увидел мой жест.

Да, крепость еще не взята окончательно, и засевшие в донжоне игроки наверняка будут царапаться до последнего. Но я свое дело сделал — впустил эту бешеную стаю внутрь. На то, что будет дальше, мне, в общем-то, наплевать.

Это не моя война. Я и так сражаюсь на ней уже слишком долго.

Глава 2. Исчезнувшая

А вот главный зал знаменитого трактира «Жемчужный павлин» мало изменился с тех пор, как я побывал в нем впервые.

Все то же роскошное убранство — лепнина на потолке, резные панели из красного дерева на стенах, позолота и атлас на мебели, серебро, хрусталь и кружевные белые скатерти на столах. Все та же роскошная публика, даже неписи-подавальщицы — красотки, как на подбор.

Зал был двухуровневый, и команда Терехова сидела за столом на втором этаже, их было видно через резную балюстраду перил. Первым меня заприметил Данила и помахал ручищей, приглашая присоединиться.