Роркх

Джинсы, фирменная рубашка кофейни с закатанными рукавами, фартучек с кожаными вставками симпатично облегал те места, которые надо. Вроде и никакой пошлятины, а выглядит, конечно, аппетитно.

– Что для вас приготовить? – и улыбается так мило.

– Американо, четыре сахара, – не ведись, Арч. Это просто часть ее служебных обязанностей.

– Сахар – прошлый век. Сиропы из натуральных ингредиентов – лучший вариант скрасить день.

– Мой день и так прекрасен. Но давай. Правда, я в них не разбираюсь, так что на свой вкус.

– Океюшки.

Если честно, то среди всей этой толпы я чувствовал себя несколько неуместно. Старые кеды, потертые джинсы, толстовка, да древний рюкзак за спиной. Не стригся уже несколько месяцев. Выгляжу так себе. Да и вечное нахождение в капсуле не идет на пользу организму. Я нечасто выхожу в люди.

– А-а-рч. Кто тут Арч? – громогласный голос раздался позади. Испанский стыд.

– Вот не завидую я этому Арчу, – симпатичная бариста с печалью в голосе посмотрела на мое хмурое лицо. – Оуч. Соболезную.

Я обернулся на голос.

Несомненно, это был Гаро. Молодой парень, наверное, старше меня. Двадцать пять лет? Новенькие кеды, джинсы, футболка оверсайз и безрукавка с капюшоном. Все руки забиты тату, короткая стрижка, легкая щетина. Но больше всего взгляд цеплялся не за детали. Взгляд цеплялся за всего Гаро сразу. Это гребаный шкаф четыре на четыре. Кажись Илью Муромца рисовали именно с него. Это он с пяти лет железо таскает что ли?

Я помахал Гаро. Потом помахал еще раз и еще. Он там слепой на оба глаза? Стоит, лыбится, упер руки в бока.

Весь зал на него смотрит, а ему пофигу.

– Эй, доходяга! Иди на мой голос! – девочка-бариста кричала, сложив руки рупором. А потом начала мелодично хлопать в ладоши, как будто поводырь в темноте. – Вот так, иди на звук. Молодец, умничка.

– И тебе доброе утро, Анека. Мне как обычно, – шкаф обернулся ко мне. Блин, выше на голову точно. Это сколько в нем роста? Почти два метра. – Ты, значит, Арч. Я Гаро, будем знакомы.

Здоровяк протянул мне лопату для рукопожатия.

Я ответил, мысленно попрощавшись с конечностью.

– Офигеть ты громадина, – все, что смог я из себя выдавить. Гаро заржал как лось.

– Зато весь ум в рост ушел, – бариста, улыбаясь, поставила перед нами напитки.

– Зато котят с деревьев может снимать. Спасибо, – я слегка запнулся. Та самая? – Анека.

– Да, только наш терминатор в процессе скорее сломает дерево и шею себе, чем котенка спасет, – улыбнулась она. – Да и вообще, я слышала, это котенок вчера тебя спасал.