Практическая этнография

Люди на баррикадах первыми увидели, как из леса, по жидкой раскисшей грязи шагом надвигается зеленошкурая толпа с вязаными фашинами в руках. Над толпой покачивались прутья для подсчёта ку с перьями и скальпами, но мало, очень мало. Орда пришла убивать – и двигалась с глухим рёвом, сплошной лавиной.

Вряд ли их было слишком много, даже в самых крупных племенах насчитывалось всего лишь несколько тысяч зеленошкурых, вместе с женщинами, стариками и детьми. Но город атаковали несколько сотен бойцов – удивительно слаженно и умело.

Если бы не грязь, они захлестнули город куда раньше. Огонь из толпы, не слишком меткий и не слишком частый, заставил стрелков на крышах и в окнах вторых этажей куда больше думать о своём выживании, чем о прицельном огне. Многие зеленошкурые в первых рядах упали, но всегда находился кто-то рядом, чтобы занять их место.

Толпа неудержимой волной подкатилась к первой баррикаде и перехлестнула её по набросанным горкой фашинам. Редкие выстрелы беглецов на пути к следующей баррикаде зелёный прилив даже не заметил.

В дома по сторонам улицы кидались отдельные группы зеленошкурых с горящими факелами в руках. Звуки отдельных револьверных выстрелов тонули в слитном рёве.

На второй баррикаде царило недоброе сосредоточенное молчание. Помощник шерифа Алекс Раффл в потёртом мундире кавалериийского сержанта, мистер Суэнвик в отглаженной до хруста форме сапёра и двое его подручных, один в сером пехотном мундире, другой в синем, внимательно смотрели вдоль улицы.

Чуть в стороне, у жаровни с пылающими угольями замерли преподобный Джонс с томиком священного писания, Вал с жиденькой пачкой вторых пентаклей Марса в руках и эльфийка с парой мечей на поясе и небольшим рюкзачком за плечами.

С баррикады их военные попросту выгнали, чтобы не мешались под ногами.

– Готовьсь, – мрачно скомандовал Алекс.

– Пали! – Суэнвик и его подручные ткнули в жаровню фитили и склонились к запалам. Улица словно взорвалась. Сразу несколько камнемётных фугасов чуть под углом к дороге выкосили снопами щебёнки, гвоздей и битого стекла всё, что хотя бы на два фута возвышалось над землёй.

Привычная Суэнвику «артиллерия бедных» вновь собрала кровавую жатву.

– И делали они мерзости пред лицом Господа, – задумчиво прокомментировал это Валлентайн. – И ниспроверг он их.

Преподобный Джонс нервно дёрнулся, но смолчал.

Над улицей медленно рассеивался густой пороховой дым.

– А-а-а! – несколько дымящихся окровавленных зеленошкурых с разбегу перемахнули баррикаду.