Третий сын

Алан с озорным видом потащил меня в карету. Мы немного поехали и остановились у одного из самых дорогих постоялых дворов. 

– Алан, куда ты меня привез? Только не говори, что мы сюда приехали пить вино и проводить время с гулящими женщинами.

Брат засмеялся.

– Не угадал. У меня предложение лучше! – вздернув палец вверх, воскликнул он. – Только не спрашивай ничего. Это сюрприз.

Делал бы кто-то иной что-то подобное, я бы не беспокоился. Сюрприз со стороны Алана я встретил с настороженностью. 

Мы вышли из кареты и направились на постоялый двор.

Оказалось, брат заранее снял номер. Мы вошли в него, и брат с торжественным видом показал на диван и лежащие на нем одежды бедняков.

– Вот! Ну как тебе идея?

Брату пришлось разжевать суть замысла. Он приготовил для нас простую одежду в виде льняных серых рубах и штанов, по виду смахивавших на самую дешевую одежду из мешковины. По его задумке мы должны были переодеться и гулять по городу одни. 

Вот вообще не ожидал от Алана такого сюрприза.

На такую дерзость мог пойти только он. Конечно, я посчитал идею здоровской, если не считать одно «но».

– А как же гвардейцы? Они же все равно пойдут за нами. 

– Не пойдут. Они будут дежурить в холле и у дверей. В номере специально все предусмотрено для таких случаев. Здесь есть запасной ход! – с торжественным видом произнес брат и, пройдя к стене укрытой шторкой, отодвинул ее и показал скрывавшуюся от глаз дверь.

Мы переоделись, и брат придирчиво осмотрел меня.

– Сними его.

А то подумают, что ты его украл, – указал он на кинжал.

– Кто подумает на меня такое?

– Любой, кто тебя увидит. С этой минуты забудь, кто мы есть. Все привыкли судить по одежке. Сейчас мы выйдем на улицу, и ты сам убедишься. На нас все будут смотреть как на обычных людей. Нас даже гвардейцы не узнают. Так что оставляй кинжал. На нем слишком много драгоценных камней. Это оружие не для простолюдинов.

Даже когда я ходил с гвардейцами всегда носил с собой кинжал, а тут мы вдвоем пойдем в город и его оставить? Ну, уж нет.

Бросать оружие я не собирался.

К сожалению, как-то перевесить кинжал или положить в карман и тем убрать с глаз, было не возможно. Он отовсюду высовывался. Но я нашел выход. Ремень с подвешенным к нему в ножнах кинжалом я разместил под рубахой. Поверх нее я надел второй ремень, выданный братом вместе с одеждой.

На этом наши преображения закончились. 

Дальше Алан отодвинул шторку и открыл дверь запасного выходы.