Третий сын

И чуть-чуть математики.

Вместо Милли бинты принесла Карлина. Борис Шелби с хитрецой посмотрел на женщину и спросил:

– Давно хотел у тебя поинтересоваться, а ты ковыряешься в носу?

Женщина моментально покраснела и впала в ступор. Даже мы с мамой замерли, не ожидая от магистра такой наглости.

– Я этими вещами никогда не занимаюсь, – взволнованно ответила Карлина.

Перед моими глазами появилось оповещение:

Доступен навык Предвидения обмана.

Возьмите или отклоните.

– Ну как? – спросил у меня магистр.

– Порядок, – коротко ответил я, поняв суть выходки Бориса, и оставил навык.

– Карлин, ну что ты, в самом-то деле? Я тоже ковыряюсь в носу каждый день. В этом нет ничего дурного, – силясь не рассмеяться, принялся утешать ее магистр.

– Борис, прекратите говорить всякие бесстыдства, – теперь уже вмешалась мама. – Карлин, оставляйте бинты и можете быть свободными.

Дабы вновь не быть подвергнутой глупым расспросам, женщина поспешила покинуть кабинет. Не удивлюсь, что скромная Карлина теперь предпочтет держаться от магистра подальше.

– Ну, все, принцип работы навыка Предвидение обмана вы поняли. Он быстро повышается. Вам ничего не потребуется делать. Кто-то будет врать, и навык сам будет развиваться, – удовлетворенно произнес магистр.

– Рей, только прошу тебя, особо никого не доставай расспросами. И тем более никому не говори о своих способностях. Помни, это твое тайное оружие, – снова напомнила мама.

– А Предвидение касается снов? Я смогу их понимать? – под удивление мамы и магистра я продолжил: – Сегодня приснился дурацкий сон.

Он настолько врезался в память, что даже сейчас я помню его в мельчайших подробностях. Кто-то сильно дул в горн сигнал Боевой тревоги. Я ходил по необъятному полю, на котором лежали тысячи людей. Как будто только что случилось невероятного побоище и все были убиты. Только я оставался в живых. И потом я проснулся.

Сказанное заставило обоих напрячься. Удивление в глазах сменилось испугом.

– Любые сны всегда запутанные.

В них так просто не разобраться. Правильно трактовать сны могут лишь предвестники, – осторожно произнесла мама.

– Но предвестники – это преступники. Настоятель храма Корнелиус не раз говорил, что они мало чего видят правдивого и больше плетут интриги и строят заговоры, – вспомнил я вслух наставления.

– Я понял, в чем дело! – воскликнул магистр. – Князь уехал усмирять бунты. Он их, конечно, усмирит. Поэтому и приснился такой сон. Поле – это проекция бунтов.