Третий сын

Сними с меня ошейник.

Княгиня поднесла руки к тяжелому металлическому обручу, он раскрылся и упал на пол. Удар эхом разнесся по подземелью.

– Сделаем все вместе. Сначала выйдешь ты, потом я. Действие их магии остановлю я. Ты дважды породишь Ледяные вспышки. Это всех обездвижит. Потом дважды используешь Цепную молнию. Выживших добьешь пламенем. Маны тебе на всех хватит, – спокойным голосом посоветовала предвестница. – Не забудь о Бродерике. Лишние свидетели тебе не нужны. Пожалеешь сейчас, еще больше пожалеешь потом.

Мари кивнула и решительно открыла дверь.

Небольшой дворик у подножия Гнездовой скалы был заполнен людьми. Княгиня мельком пробежала взглядом по лицам, сосчитав общее количество. Людей собралось ровно тридцать. Она перевела взгляд на высокие стены и две башни. Там никого не было.

Мастер тайных дел поспешил к уху княгине. Буркнув, что все здесь, он встал за ее спину.

Вперед вышел худой высокий инквизитор Алвин.

– Княгиня, зачем нас всех собрали? Что-то…

Не договорив, инквизитор замер.

Глаза округлились при виде вышедшей во двор предвестницы без магического ошейника.

Обе руки княгини взметнулись на людей, породив в толпе две белые вспышки. Разлетевшийся холод быстро сковал толпу. Следом из рук княгини вырвались молнии. Они побежали по телам яркими сверкающими разрядами. Тела затряслись в бешеном припадке. В следующее мгновение из рук княгини появилось пламя. Два мощных огненных потока полились на людей, заставив одежду загореться. Лишь когда почувствовался запах паленого мяса, княгиня убрала огонь и опустила руки.

Крики, вопли, громогласные проклятья так и не прозвучали. Раздались лишь щелчки от разрядов молний при попадании в тела и шипение пламени.

Княгиня обернулась.

Решительность и вся сила на ее лице исчезли. Теперь на нем были жалость, боль, сострадание. Она искренне жалела погибших людей, чья вина заключалась лишь в том, что по воле службы или случая они стали свидетелями посещения предвестницей города.

Лицо лицом, но прозорливый мастер все-таки смог разглядеть в глазах молодой княгини огоньки поджидающей смерти.

Однако слишком поздно. Он хотел призвать магию и выставить защиту. Но ничего не получалось. Руки инстинктивно вздернулись вверх.

Выпучив испуганные глаза, Бродерик смотрел на свою молодую красивую княгиню, мужу которой он поклялся служить всю жизнь, и на ее руки, направленные на него.

Конечно же, мастер понимал, почему княгиня так поступила. Он поступил бы так же, будь на ее месте.