Третий сын

– Они заняли наш берег, ловят нашу рыбу!..

– Ты посмотри на эту рыбу, она меньше ладони. Пять рыбин на семерых. Ты сам такую есть не станешь. Там одни кости, – переведя взгляд на компанию ребят, я обратился уже к ним: – Ловите сколько хотите. Если в следующий раз вас не пустят стражники, скажете, Рей Гилберт разрешил.

Лица ребят вытянулись.

Больше ничего не сказав, я направился по берегу дальше. Троица моих друзей в недоумении последовали за мной. 

– Такую драку упустили… – сокрушался Бази.

– Они на нашем берегу были. Ловили нашу рыбу… – вторил ему Крысолов.

– Не нашу, а отца. И если им стражники разрешили, то они могут ловить сколько смогут. Если бить, то нужно бить за что-то, а не просто так. Если забирать, то у вас должно быть на это право. Им есть нечего, а вы хотели забрать у них единственное, что у них было. 

– Мы когда раньше в деревни жили, ну в Кабаньих лугах, мама говорила, что нам тоже временами нечего было есть. Особенно туго весной приходилось. Весь урожай за зиму съедим, а на весну не хватало.

Мы с Милли тогда совсем маленькими были. Выручал Старый лес. Мама утром сбегает за грибами, сварит суп, тем и жили. А тут леса нет. Хоть рыбу наловят. 

– Да не собирался я забирать эту тощую рыбу. Набил бы морды, да и все, – недовольно буркнул Крысолов.

– И кому я все это только что говорил?.. – не выдержав, в сердцах вопросил я.

– Да поняли уже, ну их куда подальше. Пусть ловят свою поганую рыбу, сколько влезет, – ответил за себя и за Крысолова Бази.

 – Мы что ли придумали правило сначала бить, а потом знакомиться? Все так делают.

Мы отошли подальше, сняли вещи и хорошенько выжали их от воды. У меня появилось одно свободное очко. А сегодня был последний день недели, когда его можно было обменять на удачу. Терять такую возможность мне не хотелось. Обойдя скалу с казармой гвардейцев сбоку, я потащил всех к храму. 

Нижние ворота замка выходили на центральную городскую площадь, где собственно и находился храм.

Я шел среди ребят и надеялся, что меня никто не узнает. Для верности я выпустил поверх пояса с кинжалом рубаху, чтобы тем не привлекать к себе внимания. Это помогло. Меня не узнали даже вечно дежурившие у храма нищие. 

Войдя в круглое помещение со статуей, я отдал Высшей Системе свободное очко и дождался свой огонек удачи, радуясь, что не попался на глаза настоятелю, который стоял в отдалении и о чем-то разговаривал с людьми.