Душа пламени

– Ты служишь здесь? А как ты сюда вошла?

 – По лунному лучу, – сказала незримая женщина так спокойно и просто, что у стражника волосы зашевелились на голове от страха и восторга. – Когда луч дойдет до той стены, я исчезну. Имя мне – Эсталина Жемчужный Цветок. Скажи, не ты ли один из тех, кого называют братьями Задирами?

«Скажи „да“, болван, скажи „да“, не тяни!» – мысленно молил узника часовой, начисто забывший, зачем он поставлен в этом коридоре.

 – Я... да-да! – наконец выдавил из себя дурак-узник. Тут голос его окреп, самозванец продолжил нагло и напористо: – О прекрасная Эсталина, я и есть один из братьев Задир.

.. э-э... старший!

 – О-о! – вплелся в ночь тихий вздох, в котором были и недоверие, и надежда, и мольба. – Сколько лет... где же были вы с братом, почему не приходили?

 – Да... это... все дела, ясная госпожа, все заботы, вздохнуть некогда!

 – А где твой младший брат? – В голосе осталось лишь недоверие.

 – У него... ну... свидание у него! Сама понимаешь, госпожа, его дело молодое.

.. такая рыженькая...

«Что он несет, что несет?!» – беззвучно шептал стражник, готовый своими руками задавить дурня, которому выпало такое потрясающее счастье. Там, за дверью, оживала сказка. Где-то неподалеку сквозь пласты земли и крышку сундука лучилось золото, призывно полыхали драгоценные камни...

 – Приведи ко мне своего брата, – сказал призрак голосом холодным, как звездный свет. – Приведи – и я открою тайну сокровищ... Впрочем, ты уже не успеешь, твое время уходит, как вода в отлив.

Прощай!

 – Не уходи, госпожа! – взвыл часовой, громыхая ключом в замочной скважине. – Я сейчас!.. Я уже!.. Вот он я... младший брат...

Дверь распахнулась – и стражник растянулся на пороге, звонко и полновесно получив по голове умывальным тазиком.

Отбросив свое грозное оружие, Орешек склонился над часовым.

 – Ничего, у «крабов» головы дубовые. Лежи, братец, отдыхай. Надо же! Всю жизнь мечтал разыскать родню, а нашел – и уже пора расставаться!

Черная пасть медведя мрачно скалилась на беспокойного гостя.

Орешек окинул шкуру взором художника и одним махом сорвал ее со стены. Задув светильник, недавний узник щедро полил медвежью морду маслом, затем огнем второго светильника поджег промасленную шерсть, поднял импровизированный факел как можно выше над головой и шагнул через порог...

Почтенный Джанхашар стал первой жертвой огнедышащего медведя-оборотня. Начальник стражи шел наверх – проверить, не заснул ли часовой.