В доме

Я рассказал об этом родителям, но их это не впечатлило. Они считают, что он уже к тому моменту выжил из ума.

– Но при этом твои родители нашпиговали дом камерами.

– Ладно, тут я соврал. На самом деле они тут от воров, а не от загадочных пришельцев, выдуманных дедушкой и его внуком.

– Она была закрыта! – вдруг закричала Камилла.

Она стояла у входа в подвал с бутылкой водки в руке.

– О чем ты? – удивился Максим.

– Дверь в подвал! Она приоткрыта.

– Ну и что?

– Я ее закрывала.

Я точно помню.

– Наверно, не слишком плотно, – успокоил ее Квентин.

– Нет же, я проверила.

– Хочешь сказать, что в доме есть кто-то еще? – спросил Жюльен.

– Квентин, это ты! – накинулась на него Мари. – Это ты пытаешься заставить нас поверить в твоих «пришельцев». Будто они там, внизу, и это они напугали Камиллу, да?

– Я и правда хотел напугать вас своими историями. Даже проштудировал эти книжки, чтобы найти подходящие аргументы.

Но одно я знаю точно: к этой двери я не прикасался. Клянусь могилой своего дедушки!

Вечеринка подошла к той стадии, когда алкоголь, выпитый за время игры и в качестве штрафа за испуг, начал действовать. Граница между выдумками и реальностью постепенно стиралась. Правда и вымысел перемешивались настолько, что они, чувствуя присутствие посторонних в доме, не осознавали реальную опасность, которая им грозила…

11

?a fout la frousse, mon truc t’еtouffe comme le couscous

C’est la grosse secousse dans la brousse[18 - Стремно, моя штука душит тебя, как кускус.

// Сильная встряска в кустах (фр.).].

Расположившись в гостиной, под песню Аpocalypse 894 группы Stupeflip они поглощали дьявольские спагетти, как назвал их Максим. Он приготовил особый соус из свежих помидоров, лука, корейки, чеснока и всех специй и перцев, которые попали ему под руку. Перерыв на еду сопровождался раскатами хохота.

Они совсем позабыли о Клемане и не беспокоились о причинах его отсутствия. После того как Леа отправила еще два сообщения в его голосовую почту, они решили, что Большой Лох недостоин войти в их компанию. Мари с удивлением обнаружила, что ее фотоаппарат вновь заработал, и стала безостановочно щелкать веселящихся друзей.

– Я объелась, – сообщила Леа.

– Что, даже не попробуешь макруды моей мамы? – спросил Мехди.