Столкновение.

 

Старые ходики, дёрнув шишечками с облетевшей позолотой, отстучали четыре часа. 

- Вот это я даванул…

Поджимая озябшие пальцы ног, кресельный засоня проковылял до окна и захлопнул форточку. Дрова в печи давным-давно прогорели. Судя по тому, что уголья и зола не давали искр, когда их пошевелили кочергой, а стылый уличный холод, пролезший через форточку и дымовую трубу с открытым на всю катушку дымоходом, вольготно обосновался в доме, случилось это часа три назад.  Вадим выбрал совком золу, накидал на колосья огрызков бересты с тонкими расколотыми полешками и чиркнул спичкой.

Вскоре горячее пламя жадно чавкало, поедая свежую порцию дров и плотоядно поглядывало на ведёрко уголька.  Холод недовольно сдавал захваченные позиции, оседая каплями слёз на запотевших окнах. 

- Надо переделать бак на печное отопление, - сказал Вадим сам себе, смотря на радиаторы. 

Два года назад они с дедом установили в доме алюминиевые радиаторы и небольшой расширительный бачок, который смонтировали на кухне.

Нагревалась вода парой электрических тэнов, врезанных в самодельный бак бойлера. Для того, чтобы обеспечить нормальную циркуляцию, в трубу, идущую от бойлера, был врезан маленький циркулярный насос.  Первый месяц деревенские самоделкины нарадоваться не могли на сотворённое чудо инженерной мысли, но получив счет за электроэнергию – призадумались. В пересчёте на рубли «новодел» за один месяц «скушал» две с половиной тысячи целковых. Удовольствие выходило не из дешёвых.

- Поторопились мы, Вадимка, - помяв в руках бумажку от энергосбыта, задумчиво сказал дед.  – Хорошо-то оно хорошо, дык оно всё равно, что печь червонцами топить, а ведь ещё морозов настоящих не было. Дорогое удовольствие-то выходит.

Покумекав, мастера приняли соломоново решение. В обиход была запущена следующая схема - тэны подключались к пускателю с цифровым таймером, который включал бойлер с часу ночи до шести утра. Не зря же в доме установлен двух тарифный счётчик, так пусть оправдывает себя.

Днём топили печь. Вадим было заикнулся о способах обмануть злокозненный прибор учёта, но дед так глянул на него, что махинатор проглотил и слюну и заготовленную в пылу речь.

- Никогда Беловы не воровали! – рявкнул старик, как обрезал. На сих словах конфликт с нечистой совестью был исчерпан.

Пока дед с бабушкой были живы и получали, как говаривал дед – стипендию на пенсионный постой, он не особо задумывался об экономии. Денег Беловым хватало.