Охота Древней Совы

Что они здесь делают, паршивые щенята?! Шенги согласен ставить на кон свою жизнь, но их-то годочки обрывать еще рано!

Но поди скажи это Нургидану, который лихо и вполне по-взрослому обороняет лестницу, давая Дайру возможность подняться! Растерявшиеся было стражники опомнились и набросились на мальчугана… ах, как он крутится, как вьется среди противников! Вот кому-то ударил головой в живот, вывернулся из-под скорчившегося от боли противника и, словно из-за щита, достал клинком другого врага…

Дайру оглянулся, помедлил на нижних ступеньках.

Рядом возник здоровенный стражник, протянул руку. Шенги не успел вскрикнуть: мальчик взмахнул чем-то (палкой, что ли, в сумраке не разберешь) – и противник растянулся на земле.

Шенги протянул руку, втащил Дайру в окно и вновь высунулся на крышу – помочь взобраться Нургидану. Вдвоем они столкнули вниз лестницы.

Дайру тем временем огляделся, подошел к сундуку, сотрясающемуся от ударов в дно, и спокойно уселся на крышку. И правильно – ни к чему втроем у окна тесниться.

Атака захлебнулась. Стражники сгрудились внизу и принялись совещаться.

Дайру, не обращая внимания на доносящиеся с лестницы злые голоса, вертел в руках свой кожаный пояс с массивной пряжкой.

 – Я и не знал, что это такая удобная штука! Махнешь в лоб – любой враг с копыт кувыркнется! А по виду просто пояс. Любой может надеть… и раб! Чем не иру-кхао?

Встав на сундуке на коленях, Дайру взмахнул ремнем и угодил себе по плечу.

 – Потренироваться надо, – поморщился он. – А если пряжку еще тяжелее, да края заточить…

 – Ну-ка, дай, – заинтересовался Нургидан.

Несколько раз взмахнул ремнем и оценил: – Вещь! Слушай, а если по краю, вот здесь, насажать такие остренькие железные заклепочки – вроде для красоты, а полоснешь краем ремня…

 – Подумаю, – кивнул Дайру, принимая назад свое сокровище. Шенги заметил, что угрюмая пришибленность мальчишки исчезла. Он держал в руках оружие!

Нургидан вернулся на свой пост у окна.

 – Темнеет, – озабоченно сказал он.

– Да, а что произошло? Из-за чего пожар-то?

Шенги начал рассказывать, как распутал тайну нападения на караваны, но брошенный за окно взгляд заставил его замолчать: какой-то мерзавец целился вверх из арбалета.

Учитель успел отшвырнуть Нургидана от окна – и что-то тупо ткнуло его в грудь...

Сначала боли не было – только удивление и кровь на ладонях. Потом она пришла, резкая, тяжелая, глухо пульсирующая внутри, и тело мучительно содрогалось в такт этим ударам.