Месть рода

А затем я вернулся в комнату, подошел к столу, взглянуть, чем нас потчуют императорские повара. Обед был самый простой, без особых изысков. Каша гречневая, тушеное мясо и свежие овощи. Да, изысканной кухней нас баловать не собирались. Благо на столе стоял полный кофейник. Я потрогал его прозрачный бок — еще горячий, а затем налил себе кофе и сел за стол.

— Я Норман, — сказал старик, протягивая сухощавую руку.

— Азиз, — пожал я руку старика.

— Свамен Азиз, значит, — старик, усмехнувшись, крякнул, указал взглядом на родовой медальон.

Я кивнул.

— А я думал, что южные аристократы уже давным-давно выродились, и сильных ракта среди них нет, — не скрывая иронии, сказал старик, забирая у меня кофейник и наливая себе. — Я так кофе обычно не пью, — зачем-то начал он оправдываться, — здоровье уже не то, но сегодня нам предстоит тяжелый день, может, даже и спать не придется.

Я пожал плечами и подвинул к себе тарелку. Гречка с мясом выглядела аппетитно, к тому же я уже забыл, когда ел гречку.

— Что за дар у тебя? — спросил старик, шумно отхлебнув из чашки.

— А у вас? — я не скрывал сарказма. Спрашивать у ракта о даре, а особенно из другого клана, считалось верхом неприличия. Хотя в этих правилах этикета было и практичное обоснование, ни один клан не хотел делиться информацией о способностях своих ракта.

Старика мой вопрос ни капли не смутил, и даже то, что я не ответил на его вопрос, едва ли его волновало. Он явно хотел говорить только о себе.

— Я защитник, — сказал старик, довольно улыбнувшись и обнажив темные редкие зубы. — Ты, наверное, спрашиваешь себя, какого ракшаса император призвал на службу этого старого пердуна? Неужели в Империи нет защитника помоложе и пошустрее?

Норман хитро усмехался.

— Да потому что я лучший защитник в Империи! — заржал старик, стукнув по столу ладонью, роняя вилку на пол.