Ведьмак поневоле

Появлялись мои соседи исключительно летом, тем более удивительно было увидеть ребенка здесь сейчас среди сугробов, да еще и с каким-то гномом. Мама Верочки, Эльвира Карловна – дама очень строгих правил. В отличии от меня, плебея, который считал не зазорным пройтись по участку в драных трениках и майке алкоголичке, Эльвира Карловна всегда выплывала из дома в безукоризненно отутюженном длинном платье темных тонов и обязательным белоснежным накрахмаленным воротничком. Длинная и худая как жердь, Эльвира Карловна, смотрела на своих соседей с высоты своего немалого роста с легким налетом безразличия и некоторой брезгливостью, так что при встрече так и подмывало, поклониться в пояс и промолвить – Здравствуйте барыня! Чего изволите!

Поэтому не удивительно, что познакомился я сначала с Верочкой.

В противоположность своей маме, она была очень подвижным и контактным ребенком. Впервые увидев меня, Верочка подбежала и тут же вывалила на меня всю имеющуюся у нее информацию. Рассказала, что теперь она моя соседка, что зовут ее Верочка, что живет она со своей мамой – Эльвирой Карловной и еще много, много всякой всячины. Потом мы частенько с ней встречались в саду, а один раз даже вместе картошку в золе пекли, за что в последствии я имел серьезный разговор с Эльвирой Карловной о правилах гигиены вовремя еды и о том, чем можно кормить ребенка, а чем нет.

В общем, Верочка всегда была веселой и приветливой, но сейчас она никак не походила на жизнерадостного ребенка.

И тогда я подумал, а если моей дочке будет угрожать опасность, а какой-то придурок вместо того чтобы просто протянуть руку помощи, побежит звонить в полицию. Тварь я дрожащая или право имею! - ну это я про себя, если что. Перемахнув через низенькие перильца террасы, я очутился на улице по колено в пушистом снегу. Еще раз огляделся. Мне было нужно найти хоть какое-нибудь оружие. И тут мне под руку, естественно, подвернулся «рояль».

«Роялем» сегодня оказались забытые по осени и удачно попавшиеся на глаза садовые вилы. Схватив главное орудие дачного пролетариата, я мужественно шагнул навстречу опасности.

- Прочь, твари облезлые! - со всей имеющейся у меня мощью постарался крикнуть я в пасти чудовищ, ну и конечно толи от переизбытка чувств, толи от страха, дал приличного петуха. Эх, такой героический момент сорвал.