Дракон Каррау. Каррау II

Женщина и двое вампиров рядом. Откуда-то сильно тянуло свалкой: гнилые овощи, сельскохозяйственные химикаты, густой дух горелой резины. 

– Ты должен был привести, а не докладывать. – Прошипела женщина. Немертвый отшатнулся от нее – как будто тоже почувствовал волну жара.

Незнакомка носила дорожный костюм оттенка свернувшейся крови с серебристой оторочкой. Высокий ворот пиджака бросал металлические блики на шоколадную кожу. Распущенные волнистые волосы шевелились под невидимым ветром. 

Она вдруг развернулась, выискивая источник взгляда.

Тень у ног женщины-мага вытянулась и разбросала щупальца, трогая предметы и воздух зала. Я отступил "вглубь", на уровень решимо, и за Жанну – тень коснулась ног призрака, и отхлынула.

– Кто-то нас заметил? – Спросил почтительно согнутый вампир у чернокожей. Его голос дрогнул: – Следит кто-то?

Маг тряхнула головой отрицательно.

– Найди его. – Приказала она. – Немедленно. Пошшшел!

– Жанна, – обернулся я к отпечатку. Она таращилась на извивающуюся на полу тень. Я тронул ее руку: – Где вы видели человека, о котором я спрашивал?

Мертвая женщина с трудом сфокусировала на мне взгляд.

Расширенный, перепуганный:

– Что тут происходит? Кто это? Я... я должна найти Генри.

– Человек. О котором я спрашивал. Где он был? – Я сжал пальцы на ее локте, намеренно причиняя боль.

Призрак выдернула руку и отшатнулась.

– Там! – Указала она кивком. – Отстаньте от меня! Генри?! Генри?!

Я побежал, то сворачивая, то тормозя, чтобы не коснуться блуждающих отпечатков. Толкнул закутанную в древнее пальто старуху, и она растянулась под ногами призраков.

Выбросила вдруг костлявую руку и схватила меня за щиколотку, больно впившись и пытаясь подняться. Отпечатки, не замедляя рутинный ход, шагали через ее тело. Она дергала мою ногу и сама дергалась, но опять и опять растягивалась на стеклянном полу. Впившиеся в кожу старые ногти прорвали экзо-оболочку и кровь – аналог крови – потекла в скрюченную ладонь призрака, напитывая силой.

Я подхватил ее подмышки и вытянул из-под ног решимо, ставя вертикально.

Освободил ногу, но она все равно цеплялась за меня, вглядываясь безумными белыми глазами. Потому, что я – жизнь, а она – всего лишь память о жизни. Я оттолкнул старуху прежде, чем она набросилась. 

Лавируя в толпе, потерял направление, указанное Жанной. Вскочил на чей-то чемодан. Головы, головы... Вот рыженькая Жанна озирается в поисках потерянного мужа. Вот алые всполохи злящейся чернокожей. Вот два сухих голодных вихря – немертвые.