Тьма над Гильдией

Местные жители при виде «чудищ» ударились в панику. Властитель замка послал стражников, те забили учителя копьями, а на малыша набросили сеть. Три дня сидел он на цепи на заднем дворе замка. Потом властителю надоела новая забава, и он продал свою добычу бродячему цирку.

С тех пор ящерок и колесил по Миру Людей – примерно три года.

Как научился говорить на чужом языке? Запросто! Фургон был большой, в одном углу – клетка, в другом – топчан. Там ехала жена хозяина цирка с ребенком. И все ворковала со своим карапузом: «Вот это, деточка, огонь.

Не тяни ручки, обожжешься! А это – окошко, а за ним – солнышко. А это наш папа орет... опять пьяный... ну, скажи: па-па!» Так и не заметила, что не одного, а двоих говорить выучила.

Молчать три года? Вот еще! Разговаривал, только не со всеми. Была у него подруга, наездница и танцовщица. Совсем еще девчонка. С ней плохо обращались, так от невеселой жизни готова была хоть с ящером подружиться. Болтали понемножку, это был их секрет.

Она ему рассказывала про Мир Людей... Да вот беда, недавно сбежала из цирка, дружка себе нашла. И стала у молодого ящера жизнь – хуже некуда.

Есть ли имя? Вот с этим трудно. Детские имена остались за Гранью, новое дать некому. Циркачка звала Братиком, укротитель – Гаденышем, но это как-то не тянет на имя...

Шенги и его ученики, расчувствовавшись, дружно решили: вернуть беднягу на родину! Все равно собирались в столицу через Подгорный Мир – так быстрее.

Но предупредили малыша: вряд ли он отыщет знакомых. Там время идет как-то непонятно, в каждой складке по-своему... ах, ему учитель уже объяснил? Но во всех складках время катится быстрее, чем в Мире Людей, так что близкие его в лучшем случае уже забыли, а в худшем – умерли.

Ящерок ответил, что у него знакомых – учитель да мама. Учитель умер, а мама не интересуется детьми, у которых прорезался спинной гребень. Так что лишь бы вернуться за Грань, можно даже в чужую складку, было бы подходящее место для охоты – и свобода!

Так же дружно решили и второй вопрос: имя ящерку должна дать Нитха, раз уж она это сокровище так выгодно купила.

 – А тут и думать нечего! – развеселилась девочка. – Он сам сказал: которые не циркачи, те – публика. Значит, он – Циркач!

Ящерок возмущенно зашипел. Нургидан и Шенги наперебой начали уверять его, что такого восхитительного имени нет ни у кого в Подгорном Мире.