Дракон: глава малой секты

— Подсчитай, а там посмотрим.

— Как скажете!

— На сегодня все, давайте отдохнем и обсудим остальное завтра, скоро уже расцветет.

С этим предложением мастера все согласились и потихоньку разошлись.

*   *   *

Следующий день в секте Горных драконов был наполнен суетой, волнением и многочисленными разговорами. Это был второй день после объявления чрезвычайного положения, и никто уже и не помнил о том, что если бы все было хорошо, то сейчас они чествовали бы победителей турнира праздника «совершеннолетия», а не отправляли всех боеспособных драконов на военные сборы.

Но даже сами сборы мерки в сравнении с теми новостями, которые вчера услышали рядовые члены секты. Смерть главы и без того потрясала и пугала их, а причина этой смерти, вследствие заговора госпожи Бьюи с ужасающим темным кланом, и вовсе не укладывалась в голове. И ко всему этому на пике горы нашли труп огромного монстра, по слухам, столь сильного, что он с легкостью убил их главу и его жену, двух самых могучих культиваторов секты.

На фоне таких переживаний, смерть старшего сына ранее правящей четы и сумасшествие среднего, никого не волновали, драконы боялись полного уничтожения секты, страшились неизвестного культиватора способного сокрушать гигантских монстров, и плевать хотели на двух никчемных, ранее очень горделивых, дураков.

— И куда это ты собралась? — грозно спросила семиметровая дракониха, свою юную дочку.

— На улицу, погулять! — как ни в чем небывало, ответила Мия.

— На дворе чрезвычайное положение с кем ты там гулять будешь, — обойдя дочку, заслонила выход из уютной пещеры, мать.

— Со Скаем и может с Аурумом, если найдем его.

— С дураком и изгнанником?! У тебя что, нормальных друзей нет?

— Конечно есть, но при чрезвычайных ситуациях погулять можно только с этими, остальных не отпустят, — сделала логичный, по ее мнению, вывод, Мия.

— Ты, сидишь дома, а если убежишь, — мать грозно нахмурилась, — пеняй на себя и папа тебе не поможет. Его несколько дней не будет, как и твоего брата, поэтому сама понимаешь, не зли меня.

— Нууу мааам, — заканючила девочка, — а вот Ская бы отпустили, и Аурума тоже.

— Потому что один дурак и не жалко, а второй изгой у него никого нет, кто ему запретит.

— Везет же им!

— Поверь, — сбавила тон, мать, — им не везет, ни одному, ни другому.