Обретая магию

 

Воодушевленный, пусть и небольшим, но всё же прогрессом, Оливер теперь уже сам выбрал место с концентрацией маны, без подсказок Джека, как это было раньше. Войдя в выбранное им скопление маны, Оливер сосредоточился и попытался вобрать её. Сегодня не пришлось долго и томительно ожидать, пока мана отзовется на его потуги, она почти сразу пришла в движение, откликаясь на зов Оливера.

И вновь чувство единения с маной и её поглощение загипнотизировало Оливера. Лишь мысль на границе сознания, о том, что "нужно себя контролировать и не дать позволить пропасть ещё одному дню", за которую он держался изо всех сил, лишь эта мысль отделяла его от пропасти с бездумной яростью, в которую он мог свалиться, дав слабину только на мгновение.

Цепляясь за эту мысль, он с трудом возвращал контроль над собой, сбрасывая это цепкое гипнотическое влияние, дающее ощущение силы и могущества.

Шаг за шагом возвращая себе контроль, обретая уверенность в себе и своих силах, он готовился одним резким волевым выпадом вернуть себе полный контроль над мыслями, затуманенными иллюзорными образами.

Усилие, ещё одно, ещё немножечко... И, собрав всю свою волю и решимость, он одним рывком, из жмущейся на грани сознания и цепляющейся лишь за одну мысль, подавленной тени самого себя, вновь стал тем Оливером, которого он всегда знал.

Процесс сбора маны прервался, и, оглядев себя, он оценил количество поглощённой маны — "примерно половина от вчерашнего", как сказал Джек. Взбудораженный и возбужденный влиянием маны Оливер не хотел останавливаться на достигнутом, тем более после того, как он своими силами вырвался из гипнотической ловушки маны.

Возобновив процесс сбора, теперь он лучше понимал, на что обращать внимание, чтобы не попасть под влияние маны. Мана вновь небольшими ручейками устремилась в его тело, даруя ощущение силы, подталкивая не сдерживаться и полностью отдаться чувству единения. Когда это наваждение стало казаться правильным и не таким уж сомнительным, он остановился.

Оценивающе оглядев себя и выбранное им скопление маны, он заметил, что оно уменьшилось на треть или четверть.

А внутри его живота, в сфере размером с кулак, кружилась собранная им мана — похожая на разряженный ржавый туман.

Приободрившийся этим небольшим успехом, а так же тем, что в этот раз он не вышел из себя, Оливер позвал Джека.

— У меня получилось, Джек, смотри, — радовался Оливер, показывая пальцем на живот. — Это было не просто, но я справился! Что надо делать дальше?

— Неплохо, Оливер, неплохо.