Жница из Тарвуда

Именно в тот момент я поняла, что мне противны традиции племени и иерархия, которая зависит лишь от силы и подстегивает убивать своих же соплеменниц. Но взять и резко все поменять не выйдет, подобные изменения должны происходить постепенно.

Я не хотела становиться королевой и, тем более, продолжать схватку с сестрой, ради которой я готова на все. Так что я просто сбежала. От страхов, от всего произошедшего, от сложных решений. Но перед этим я произнесла речь, на правах победительницы:

- Лина станет новой королевой племени! Не смотря на юный возраст, все вы знаете, насколько она уникальна в своей силе.

Она одолела Райку, не уступающую нашей матери в силе, всего лишь одним движением, в то время как мне понадобились все силы, для победы над Карой. И победа далась мне с большим трудом. - Пока я говорила, а адреналин схлынул, я стала ощущать острую боль при каждом слове от глубокого пореза во всю щеку. Кровь из раны заливала мой кожаный доспех, итак насквозь мокрый от пота и крови противниц. - Так что Лина, по праву является сильнейшей амазонкой и единственной, достойной возглавить племя! Я признаю ее превосходство и покидаю племя!

Я обвела взглядом собравшихся амазонок.

Ропот нарастал, но под моим взглядом никто не решался открыто подать голос.

Навалившаяся усталость и боль, а также осознание всего произошедшего, вызывали нестерпимое желание убежать подальше и дать волю чувствам. Я повернулась к сестренке, и увидела в ее глазах слезы. Мне хотелось обнять ее, утешить, но стоило мне сделать пару шагов в ее сторону, как она попятилась в страхе, а вокруг ее рук инстинктивно начала формироваться энергия, заметная невооруженным глазом.

Я поняла, что уже никогда не будет как прежде. Лина увидела во мне не любимую старшую сестру, а кровожадную убийцу матери. Против воли на глаза навернулись слезы. Если остальные амазонки увидят, как я пытаюсь утешить сестру, это может разрушить речь, которую я только что произнесла, ставя Лину во главу племени.

Это худший день в моей жизни. Но я хотела спасти мою сестренку, и я это сделала! Сжав зубы, я сделала еще шаг, и наклонившись подняла свой клинок, сделав вид что изначально лишь за ним и повернула в сторону сестры.

После чего я быстро, не оборачиваясь, пошла прочь, с огромным трудом сдерживая желание перейти на бег.

Как только я покинула арену, слезы побежали по моему лицу, напоминая почти забытые с детства ощущения. Ведь амазонки не плачут! И за последние 9 лет я ни разу не позволяла этого себе.