Жница из Тарвуда

Если они решат что каждая амазонка может уничтожать их целыми толпами, то, возможно, отступят.

Логика в словах Лины конечно была, но до сих пор Кай ни в чем не соврал, а по его словам, военные идут с единственной целью - полностью зачистить леса, уничтожив племя воительниц. Я могу допустить, что они могут как и бандиты попытаться захватить кого-то из амазонок живыми, но то что они станут вести переговоры или отступят - это вряд ли.

С другой стороны - был хоть какой-то шанс. Запугать их огромной силой сестры, сделать вид что это только предупреждение и, может удастся нагнать на них панику.

Нападение же из засады сразу свяжет нас боем со всей толпой, где нас просто задавят количеством.

И все же у меня были очень плохие предчувствия. Это их оружие, с которым нам еще не доводилось сталкиваться, обладающее огромной мощью и скоростью. Да еще техника, которой не страшны никакие клинки. Если хоть половина из этого правда, то в сражении с такой толпой хоть какие-то шансы имеем лишь мы с сестрой, и, может быть, Мира.

Все остальные даже среагировать не успеют на снаряды, что в десяток раз быстрее арбалетных болтов, уворот от которых итак требовал немалой сноровки.

Но придумать план получше у меня не получалось, как не вышло это и у отряда амазонок. В гнетущей тишине мы наблюдали, как приближаются противники. Когда наконец последние ряды широкой колонны показались на холме вдали, передние уже были на полпути к нам, и отчетливо можно было разглядеть фигуры отринувших, а также железных монстров, которых Кай называл военной техникой.

По примерным подсчетам, военных было больше тысячи. В каждом ряду было около двадцати отринувших, а сбоку шла техника, визуально делая ряд еще шире. Самих же рядов было около семидесяти. По самым скромным прикидкам, противников раз в семь больше, чем всех амазонок вместе взятых. А ведь у нас есть и пожилые, уже не столь боеспособные воительницы.

Я давно привыкла игнорировать свои чувства, легко перебарывая страх или жалость, которые могли помешать в бою. Но сейчас, глядя на надвигающуюся угрозу, никак не удавалось избавиться от противного, холодного чувства от которого сжимается все внутри.

Даже не страх, скорее отчаяние. Безысходность…

А враги все ближе. Не пройдет и получаса как первые ряды уже доберутся до нас.

- Ника! отступай подальше в лес, тебя не должны заметить! Я попытаюсь поговорить с ними, но если начнется сражение, тут же отступай к лагерю и уходите всем племенем!

Про подмогу уже речи не шло, судя по всему.