Клеймо Забвения. Книга 1: Дитя стихий

Не закончив замах, Харк беззвучно упал на колени, яростно пытаясь соскрести с лица слизкую массу грязными обломанными ногтями.

Гейнор д`Омати шмыгнул под стол.

Арбалетчики вскинули оружие.

Игла выхватила кинжал.

Пепел ударил пленного ребром ладони в основание черепа.

Фанатик сделал резкий вдох через капар. Обмяк, повис на руках имперцев, корчась в предсмертной агонии. В углах синюшной пасти серыми пузырями вздулась пена. Вены на лице лопнули, и брызнула кровь, чернильным цветом заполняя прозрачную кожу.

Словно сжигая тварь изнутри, чернота скользнула под одежду. Сапфировые глаза коротко вспыхнули. Мелькнули ненависть и презрение, и взгляд сковал вечный лед. Спустя пару секунд все было кончено.

Разведчики отпрянули, разжимая хватку и роняя мертвое тело.

— Это... это я сделал? — растерялся капрал.

— Непохоже, — убирая кинжал и сплевывая на труп, скривилась Игла.

Солдаты и егеря, столпившиеся на площадке, в оцепенении замерли.

Многие даже не успели понять, что произошло. Они выглядывали из-за спин товарищей, но лишь видели взирающего из-под стола капитана да обугленный труп Одержимого. И Харка. Черная пленка на его лице, все еще вяло шевелилась, она проникла в глаза, рот, нос и вышла из ушей.

Гейнор д`Омати смотрел поверх стола, крепко вцепившись в край побелевшими пальцами, готовый шмыгнуть обратно при первом звуке, как мышка в норку.

«Лучше бы ты дальше крестиком вышивал, чем играть во взрослые игры» — подумалось Пеплу. Он окинул взглядом место допроса и ткнул пальцем в пару бойцов, что в силу своего мужества или ограниченности выглядели не слишком напуганными:

— Ты и ты — сжечь трупы.

Солдаты накинули на головы трупов мешки и поволокли тела к костру, что горел в центре лагеря.

— Отдыхайте, капрал, — пробубнил Гейнор д`Омати, выползая из-под стола и отряхиваясь.

Однако Пепел не собирался сдаваться. Он выпятил грудь и проворчал:

— Сэр, у нас еще шесть десятков тварей стоят лагерем неподалеку и могут сняться в любой момент.

Пепел говорил с нажимом, без должного почтения. Было жаль упущенного времени, что отнял Харк. Не хотелось все еще рез пересказывать, но теперь уже этому горе командиру. Однако капитан засуетился.