Чудеса мира живых

Давешний капрал был, наверное, не так уж и неправ – красоту свою Курт проставил в заклад уже давно. И, похоже, неоднократно. 

Подбородок обер-лейтенанта, больше напоминающий обух топора, сдвинулся вниз, открывая узкую щель рта.

- Здоров будь, капитан. Прекрасная погодка, не так ли?

- Прекрасная, маэстро. Но уже холодновато для прогулок нагишом, как полагаешь? 

- Пожалуй, что да. Но, хоть погодка и портится, зато на дорогах вот стало малость поспокойнее. Глядишь, налегке-то, без железа, до Кузни сподручнее будет добежать, а?

- Обер, не жадничай.

 

- Да я и не жадничаю. Даже совсем и наоборот, по старой дружбе поблажку даю. 

- Когда это мы с тобой задружить-то успели, Курт? С такими поблажками и врагов не надо. 

Курт ухмыльнулся, из-за чего его покрытое шрамами и морщинами лицо превратилось в жуткую маску. 

- Короче. Час у вас. Дарю. Собирайтесь. Условия я сказал. Бывай, капитан. – Обер-лейтенант потянул повод, разворачивая коня. 

Кордонезе обронил вслед: 

- Обер, дай еды на день!

Тот не оглянулся.

 

***

Год 871 С.К., месяц апрель, 16- е, Сломанные пустоши, окрестности Кузни, какой-то лес.

Вуйко смотрел исподлобья. 

- Если обо мне уже слых пошёл, что я из Армии Вуржа[12] – так за мою голову и два гроша дать жаль, слышь. 

- Да так обо всех болтают, кто с Вольной Днины родом, или из Ползианы вот ещё о некоторых. Ну, ты же колтень, это-то верно говорят? 

Они стояли на пятачке перед устьем пещеры, среди плотного кустарника – вход был незаметен уже шагов с пяти.

 

- Говорят… Говорят, что в Степи кур доят, слышь. То-то и оно, что колтень. У нас правила свои есть. Груз этот не мной клался, не мной и забран должен был быть – но, видно, за ним так никто и не явится. Если уж столько ждали. Так что нам пригодится. Или не будем брать? 

Кордонезе задумался, ковыряя пальцем ножны меча. С одной стороны, по словам контрабандиста, пещера эта стоит нетронутой уже третий год. С другой – здесь талана[13] на три с половиной, или даже, может, все четыре военного товару.

Просто так, без хозяина, таких вещей не бывает. Сорок ординарных[14] «полуторных» мечей Эсторка, с клеймом Кузни, в промасленных портупеях. Три с лишком  сотни коуз[15], на древках, коротких и длинных, хорошего качества, даже отличного, но без клейм. Древки в олифе. Сто двадцать арбалетов, две тысячи стрел в колчанах к ним и несколько мешков наконечников россыпью. Это очень много. Это арсенал баронства.