Древняя кровь

Автобус то практически пустел, то забивался под завязку, насыщая плотный воздух букетом специфичных и незнакомых запахов. Скользящий сквозь открытые окна ветер постоянно приносил запах нечистот и застоялой воды. Настя, бывавшая в Бангкоке несколько раз, объяснила, что это нормальный запах, поскольку город построен на осушенных болотах, к нему просто необходимо привыкнуть. Пришлось терпеливо ждать, когда же привыкнется.

Мы вышли на остановке возле квадратного бетонного здания с колоннами и монолитным козырьком, под которым выстроились в ряд синенькие двухэтажные автобусы.

Наш пожилой проводник объяснил на пальцах, что билеты уже забронированы. Еще минут десять мы искали нужный рейс, потом быстро запрыгнули в прохладный салон. Солнце на улице уже припекало вовсю, очень хотелось стащить с себя футболку, переодеться в шорты и надеть тапочки вместо кроссовок. Это вам не лето в Москве.

Ехать предстояло почти восемь часов. Поэтому я откинул спинку сиденья и устроился поудобнее. После почти бессонной ночи в самолете требовалось немного передохнуть, усвоить информацию, а то базилозавры, гигантские змеи и прочие китообразные перемешались у меня в голове в крепкий коктейль.

Закрыв глаза, я услышал краем уха, как Настя расспрашивает тайца о местном массаже и знаменитом тайском гадании, но потом водоворот сна затянул меня в свою темную воронку.

7

В городе Сисакет прямо у автобусной станции нас поджидал автомобиль – серый четырехместный пикап. Уместились мы в него впритык. Дима сел сзади, и я видел в зеркальце заднего вида, что его колени торчат над сиденьем.

Там же в уголке приткнулась Настя с планшетом – она с интересом читала заметки Глеба о морском змее.

Кондиционер в пикапе не работал, окна были распахнуты настежь, в салон врывались горячий ветер с песком, удушливый запах рыбы, пота, соли. Наш проводник мчался на полной скорости, лавируя по ухабистому бездорожью между другими автомобилями, поднимая клубы пыли, кого-то подрезая. То и дело кричал что-то в окно, сигналил и резко тормозил, из-за чего я пару раз едва не вышиб себе зубы о бардачок.

Духота стояла страшная, пот лил рекой. Хотя наступал вечер, солнце все еще палило нещадно. Я тихо радовался тому, что обмазался противозагарным средством с головы до пяток, хотя кожа все равно стонала от неожиданных изуверств.

Мы выскочили куда-то на окраину города, долго мчались среди холмов, ныряли в лес, тряслись по грязи и кочкам. На горизонте выросли пики гор, укутанные шапками облаков.