Самый сильный в мире мечник

Очевидно, ранг свой он сменил, высоко поднявшись в иерархии культа за это время. 

— Послушник Макеавиликус! — Клаус в приветствии развёл руками. — Или мне называть тебя Второй король Мак?

— А как мне называть тебя, Клаус? — выдавил сквозь зубы Мак. — Старший наставник?

— Патриарх Клаус! — с хитрой улыбкой объявил король.

Как только Леопольд произнёс это, все присутствующие опустились на колени. Все кроме Мака.

— Удивительно, как же сильно ты изменился, — недовольно покачал головой Клаус.

— Из примерного послушника и праведника ты превратился в последнего грешника! Арх очень опечален такой потерей! Тебе нужно будет очень постараться, чтобы искупить свои грехи…

— Не тебе меня учить, Патриарх Клаус, — грубо бросил Мак. — И не перед тобой мне искать искупления.

Присутствующие в изумлении ахнули.

— Конечно нет! Не передо мной. Я всего лишь раб! — Клаус склонил голову и вознёс руки. — Перед великим Архом!

— Я же больше рабом быть не собираюсь! — всё так же грубо и напористо отвечал Мак.

— Отвечай, что тебе нужно от меня!

По комнате пополз возмущённый шёпот.

— Как только прошлый Патриарх безвременно отошёл к Арху, вступивший в его сан Клаус тут же приехал в столицу, — вклинился король Леопольд. — Патриарх Клаус оказал огромную духовную поддержку королевству. Арх сплотил всех нас в трудную минуту. Нет никаких сомнений, что именно великий Арх помог нам достичь воссоединения островов и не допустил войны! Мы не можем противиться его воле! А волю его гласит Патриарх Клаус!

— Арх желает поединка! — подхватил короля Клаус.

— Вы много сделали для королевства, Второй король Мак, но и грех ваш велик. Арх опечален. Печаль его может перерасти в гнев, и тогда ждать беды для всех нас! Однако, Арх готов принять искупление и требует малого! Всего лишь показательный поединок! Как это принято в культе, в котором вы когда—то состояли, Второй король. 

— Прекрасно! — продолжил Леопольд. — Этот поединок откроет серию отборочных в преддверии нового турнира! Так же он послужит уроком всем нам, ибо перед богом все равны!

Мак молчал.

Сдерживался как мог. Вспоминая слова Анны, он старался мыслить трезво, не поддаваться эмоциям. Было трудно, но всё же, он держался.

— Неужели он откажется? — пробежал шёпот по полу. — Нет! Иначе он бы не был Вторым королём…

«Чёрт! — погрузился в мысли Мак, пытаясь выровнять сбившиеся от злости дыхание.