Сердце Аларонира

Роса вместе с остальными девочками поучаствовала в очередном обряде, выполнила свою долю хлопот по хозяйству и долго не уходила из общих комнат, а когда все разошлись по своим спальням, выяснилось, что её соседка Трисса в этот день легла пораньше.

Роса подождала пару минут, наблюдая за подругой, а потом взялась за дело. Переплела волосы в ставшую привычной свою чародейскую причёску, достала из сундука вещи и переоделась в штаны, чуть вытянувшиеся на коленях, чистую нижнюю рубаху, светло-серую свободную верхнюю. Шнурами прихватила рукава, замотав по спирали почти до локтя, чтобы не сползали и не мешали, так же поступила со штанинами от лодыжки до колена.

Вместо туфель всунула ноги в сапоги, а на поясе затянула широкий ремень.

Пока остановившись, она зажгла свечу, развернув отражатель так, чтобы не сильно мешать спящей Триссе, и написала короткое письмо, в котором рассказала немного о случившемся с Тридом, что он жив, но вернётся не скоро. Оставила лист без подписи, но дополнила извинениями.

Уже было за полночь, и пора было спешить.

Роса достала из тайника накопленные деньги, ссыпала в кошель, который привязала к поясу. Браслет послушницы повесила на шею, продев сквозь него ленту, которой обычно завязывала волосы в Храме. И, наконец, завернулась в крачитто — одежду чародея, серебряные фибулы которой скалывали первый угол с нижней одеждой и последний с краем на левом плече. От самого распространённого покроя крачитто Росы отличалось огромным капюшоном.

Наряд послушницы она расправила, аккуратно свернула и взяла с собой.

Но прежде чем навсегда покинуть Храм, девочка пробралась в алтарный зал, как всегда приоткрытый и пустой ночью. Там на шершавом камне она и оставила свои вещи, даже туфли поставила рядом, и только потом, выразив почтение и благодарность Богине, попросив её не гневаться за побег, вышла через высокие двери.

По пути на окраину Роса сделала небольшой круг забрать своё оружие и больше уже не спешила — всё было сделано. Ей осталось только встретиться с заказчиками и незаметно подбросить письмо.

А с рассветом она выйдет за стены города столько лет бывшего её миром.

Глава 8

Так и получилось. Марет, Тайр и Эся первые дни их пути присматривались к Адепту, пытались расспрашивать, но ничего и не узнали. Чародей шагал наравне с ними, но, как и предупреждал ещё при найме, не участвовал ни в подготовке ночёвок, ни в дежурстве у костра. Да даже капюшон Адепт не снимал, только порой немного сдвигал, и становилось видно его лицо.