Искаженный мир

- Прости, деда… Я… кажется, разбил мотоцикл и…

- Мотоцикл? – смотрит он на меня, а затем на его лице отразился гнев. – Да какой к черту мотоцикл?!

Он резко подошел ко мне, а затем влепил пощёчину.

- Недоумок! – закричал он.

Закрываю глаза, ожидая второго удара, но… ничего…

Слегка боясь, все же смотрю на него и вижу… как мой дед плачет… этот суровый, серьезный и строгий человек… сейчас лил горькие слезы.

- Дурак… Да какой к черту мотоцикл… Главное, что ты живой…

- Прости… - опускаю голову. – Прости, что… приношу одни неприятности… Прости…

- Ничего.

- Прости…

Сознание постепенно возвращалось ко мне.

Зрение сначала было мутным, и все плыло. Что-то светлое и размытое было перед глазами, а также непривычно яркий свет. Далее вернулись звуки, и они принесли чьи-то шаги, голоса и другие шумы. Некоторое время я просто лежал и пытался начать думать, но получалось с переменным успехом.

Постепенно зрение восстанавливалось и мозг начал включаться, а сам я просыпался.

- Ух… - застонал я, когда голова закружилась.

Вскоре я начал различать окружение.

Над головой был белый и чистый потолок, сам я окружен какими-то занавесками, а лежу, оказывается, на довольно мягкой и теплой постели, да еще и одеялом укрыт. Я будто вечно не укутывался одеялом, а потому появилось сильное желание закрыться с головой и продолжить спать, но это чувство мне удалось перебороть.

Неожиданно штора отъехала и ко мне кто-то заглянул, но разглядеть гостя я просто не успел.

- О, вы очнулись, - прозвучал женский голос.

Штора вновь закрылась.

Я же постарался подняться с подушки и сесть, но удалось лишь с третьего раза.

- Где я?

Совсем не похоже на привычное мне окружение. Здесь чисто, красиво и совсем не пахнет дерьмом. Лишь запах спирта и других лекарств достигает носа, но не более.

- Больница?

Сейчас я лежу в какой-то больничной палате, а как я сюда попал…

Последнее, что помню, это как нас вывели из камер и куда-то повели…

- Лью и Саша! – вспомнил я.

Воспоминания тут же вернулись, и это едва не заставило меня затрястись от ужаса. Я вспомнил, как нас всех повели в операционную, как на моих глазах кого-то вскрывали и тот ужасно кричал, а затем тот урод предложил сам выбрать «добровольца». Помню, как они потащили к столу Лью, но я все же решился заменить его.

Я понимал, что он лжет и что своими действиями я никого не спасу, а лишь оттяну неизбежное, но просто не мог ничего с собой поделать.