Божественный рассвет

Почувствовав, как злоба разрывает его сердце, он сделал судорожный вздох, сжав ткань на груди.

Из пещеры вел еще один туннель, где полыхали факелы. Услышав голоса и детский плач, Цин Лун первый бросился вперед, приподнимая полы длинного одеяния.

— Учитель. — Шепнул Бай Хуа, побежав следом.

Юноша бежал по ступеням, спускаясь все ниже. Он бежал не щадя ног, спотыкался и отбивал пальцы. Цин Лун выбежал на нижний уровень храма Чжун Цзуна. Замерев у входа, он не мог поверить своим глазам.

Стены громадной пещеры покрывал темно-синие кристаллы, источая мерное свечение.

Посередине стояла громадная, в четыре, а то и пять чжанов[5] в высоту, статуя из черного камня. Под ногами каменного демона стоял алтарь, испачканный свежей кровь и... люди. Все они стояли на коленях перед статуей и низко кланялись, касаясь лбом холодного пола. На алтаре стоял мужчина, завернутый в черные одежды, а рядом такой же, держал маленькую девочку, не старше пяти лет.

[5] Чжан — китайских единиц измерения; мера длины, примерно 3, 33 м.

Скинув темное одеяние с головы, все узрели на половину сгнившую голову. При желании можно подробно рассмотреть строение мышц и сухожилий.

— Четвертый Князь Демонов, услышь нас! — закричал он, вскинув руки.

По пещере разнесся монотонный хор множества людей, что поклонились статуе. Чжун Цзун стоял, скрести руки на груди, лениво поведя бровью. Его лицо источал такой же холод, как и стены пещеры.

— Верни наши души взамен на жизнь этого дитя! — воскликнул он, вырвав из рук сообщника маленькую девочку.

— Пусть кровь окропит ноги нашего хозяина и умилостивит его.

Мужчина достал нож. Связанные дети, что кучей лежали у стен, завидев оружие, в панике зашевелились, роняя крупные слезы.

Сердце Цин Луна забилось быстрее. Сжав ткань белых одежд, он тихо прошептал:

— Остановите его... — Он обернулся на Юэ Фэна, повысив голос: — Остановите его!

— Мы не можем причинять вреда людям. — Тихо пробормотал Бай Хуа, сжав серп. — Это запрещено правилом...

— К черту правила! — закричал он, сжав кулаки.

Сердце в его груди колотилось как сумасшедшее, а сам он взмок от переживания. За его спиной громко рыдала маленькая девочка и звала маму. — Убейте их! Убейте!

Крик учителя привлек внимание некоторых людей. Они стали оборачивается в непонимании хмуря брови.

— Чжун Цзун! — Цин Лун посмотрел на демона. — Прошу, сделай что-нибудь!

Демон беспомощно посмотрел на богов. Ребенка приносили ему в жертву, по сути он тоже не мог вмешиваться. Хотя, скорее не хотел.